Давай еще пожрем
Автор: Эм Делорм– Давай еще пожрем, я там на свежей могилке пирожок присмотрел.
– Лёша, сколько можно жрать, ты же взлететь потом не сможешь. Придется тебе по земле ножками за мной бежать.
– Да я с субботы не ел!
– Это ты в человеческом теле не ел, а ворона твоя пожрала точно. И вообще, это чужое тело, позаимствованное. Не надо ему вред наносить.
Один из копачей, который помоложе, выравнивающий после экскаватора могилу лопатой, разогнулся и посмотрел на дерево на перекрестке. На высоком столетнем дубе, который решили оставить на новом кладбище, сидели две вороны.
– Евграфыч, а к чему воронье раскаркалось?
– Помрет кто-то, – пробурчал Евграфыч, занятый соседней могилой.
– Да понятное дело.
Ворона слетела с дерева и спланировала к свежим могилам. Молодой копач заметил маневр и, замерев среди могил в позе суслика, наблюдал за траекторией полета. Ворона, не подозревая человека в коварстве, уселась на верхушку креста и, словно попугай, посмотрела на могилку одним глазом. Там на земляном холме, полностью укрытом венками, среди живых цветов стояло блюдце с пирожком и стаканом, полностью наполненным прозрачной жидкостью. Копач быстро понял, что привлекло птичье внимание. Он подхватил лопату как копье и начал разбег для метания снаряда в цель.
Во всем, конечно, виноват пирожок. Это он соблазнил ворону коварно на себя напасть, а маневры вороны сбили копача с пути истинного и, пробежав несчастных пару шагов, он попал ногой в недавно вырытую могилу. От неожиданности рука дернулась, его пальцы, которые держали лопату, разжались, и инструмент копьем полетел вперед. Копач не удержался на краю могилы – он усиленно махал руками, но это не помогло. Тело, сопровождаемое матерным речитативом, рухнуло на дно свежевырытой ямы. Секундами ранее лопата-копье достигла цели и сбила большую лампаду, стоявшую на ближайшей могиле. Воскресенье было жарким и всё, что намокло накануне, хорошо просохло. Огню понадобилось меньше минуты, чтоб превратить могилу в яркий костер – венки из бумажных цветов отлично горели.
– Андрюха! Штопор тебе в ухо! Не вылазь, засранец, я тебя щаз там и прикопаю, – Евграфыч похромал к горящей могиле и принялся забрасывать её землей.
Лёша в теле вороны шум слышал, но тот его не волновал. Пирожок манил золотисто-коричневым боком, и клюв вороны абсолютно варварски вторгся в самую его середину.