ЧСВ на максимум
Автор: Павел МарковБывает, что успех кружит голову, и человек, преисполнившись чувством собственной важности, начинает вести себя, мягко скажем, неразумно, дико, некрасиво… или того хуже. Наверняка в историях многих из вас найдутся персонажи, склонные к проявлению подобного поведения. Посему запускаю флешмоб — персонажи с ЧСВ и примеры его проявления.
Начну первым.
В романе «Клубок со змеями» героиня Бастет, не без помощи протагониста, одолевает атамана разбойников и занимает его место. Головокружительный взлет вкупе со вспыльчивым характером и любви к роскоши дает свои плоды.
— Это еще что такое? — удивленно поинтересовался я.
— Просто стул, — равнодушно бросила нубийка через плечо, при этом продолжая расчесывать волосы гребнем.
— Неужели? — я подозрительно покосился на сие пополнение среди рядов мебели, которое Гасан уже успел установить напротив входа. — Он не выглядит, как «просто стул».
— Да? А на что он похож, по-твоему?
Я еще раз окинул взглядом мебельного «новобранца».
— Это настоящий трон, а не простой стул.
— Ты видел так много тронов в своей жизни, что сразу определил? — издала легкий смешок Бастет, продолжая проводить гребнем по волосам.
Кивком я приказал Гасану уйти, и тот послушно ретировался.
— Где ты его достала?
— В Петре, где же еще.
Я провел пальцами по подлокотнику. Золото было приятным на ощупь и холодило кожу.
— И зачем он тебе?
— Саргон, тебе не кажется, что ты задаешь глупые вопросы? — она отложила гребень и повернулась ко мне. — Зачем нужны стулья? Правильно, чтобы на них сидеть.
— Я не об этом, — слегка раздраженно бросил я, — зачем тебе такой стул?
— Что значит, такой? — скрестив руки на груди, ответила она вопросом на вопрос.
На ее губах играла непринужденная улыбка, однако глаза стали холодными.
— Не валяй дурака. Ты прекрасно понимаешь, о чем я.
— Я люблю красивые вещи, — пожала плечами Бастет, — чего в этом такого?
— Ничего, — я вновь покосился на трон, — однако не стоит чересчур выделяться на фоне остальных.
— Это еще почему?
Я почти вплотную приблизился к ней:
— Потому, что мы не цари.
— Я Глава разбойников, — раздраженно бросила она, отстраняясь и вновь беря в руку гребень. На этот раз ее движения стали более резкими. — Я имею право на роскошь и уважение. Как, кстати, и ты.
— А Азамат позволял себе выделяться?
Бастет со всей силы опустила руку с гребнем на стол. От удара тот треснул и разломился пополам. Я вздрогнул. Не оборачиваясь, нубийка тихо произнесла ровным и спокойным тоном, четко проговаривая каждое слово. И от этого становилось не по себе.
— Я не Азамат. И я сама буду решать, как мне править.
У меня отвисла челюсть:
— Править? Ты хоть понимаешь, во что пытаешься влезть?