Рецензия на роман Р. Угрехелидзе. Паладин.

Автор: Кулешова Елена Анатольевна

РЕЦЕНЗИЯ Е.Кулешовой
на роман Р. Угрехелидзе «Паладин. Священный огонь»


Лет примерно 30-35 назад я зачитывалась фэнтези. Мир магии зачаровывал и втягивал в себя невозможными поворотами сюжета: в самом деле, если в инженерной фантастике давление должно срезать болт крепления, оно его срежет. В фэнтези дракон может запаять пробоину или фэйри откатят события на пару часов назад. Через какое-то время выяснилось, что большинство авторов фэнтезийных романов, увы, страдают тремя болезнями: острой фигуральностью речи, слабым знанием предмета и стремлением дотошно описать всё, что может увидеть читатель – это полезно для дизайнера игры по мотивам книги, но совершенно излишне в тексте. Виртуозно выходили из ситуации немногие: Майкл Муркок, Роджер Желязны, Энн Маккефри, Лион Спрэг де Камп, Роберт Асприн – и у вас тоже найдётся несколько примеров, я не сомневаюсь. Большинство же увязло в нудных описаниях дворцовых покоев, красного бархата, расшитого мелким речным жемчугом и внешности героя. 

Сейчас мало, что изменилось: изобразительные средства языка остались прежними, и не все ими умеют пользоваться, в чём я и убедилась, читая «Паладина», которого я отнесу к популярному жанру бояр-аниме. К чести автора, он держит логику сюжета. Однако есть серьёзные проблемы с изобразительными средствами: не всегда автор использует слова по смыслу, отчего возникает некий комический эффект. Вот, например: 

  1. «[драный] плащ трепыхался на ветру подобно шкуре старой помойной крысы» - когда у крысы начинает трепыхаться на ветру шкура, она уже знатно разложилась.
  2. «территория материка была богата полезными ископаемыми» - неизвестно откуда взявшийся канцелярит. Так и ждёшь продолжения, вроде: «на вверенном мне участке населённой местности следов жизнедеятельности биологических форм визуальными средствами не обнаружено». Что в переводе на человеческий звучит так: «- Суслика видишь? – Нет. – А он есть».
  3. «непослушные иссиня-чёрные волосы торчали в разные стороны, хотя тощий парнишка явно предпринимал некоторые попытки придать им благопристойный вид (мужчина заметил остатки какой-то клейкой массы» - очень витиевато и при этом скучно, выглядит как попытка очень молодого человека в компании учёных выражаться правильно и грамотно.
  4. «впервые попытался помешать столь наглой особе» - описание максимально обтекаемое, но без необходимости использования. И вот ещё такая же фраза: «Подоспевшие на помощь парни начали массовую потасовку, стремясь выяснить, кто из милых дам виновен в драке» - так они всё-таки на помощь пришли или стремились выяснить? И совершенно точно потасовка не может быть единичной, она всегда массовая.

К попытке неудачной стилизации «под старину» отношу шпиговку текста редкими, сложными или эмоционально перенасыщенными словами. Вот, к примеру, рядом обнаружились: копошился, идиот, рожу, состряпал, и тут же – «нечистоплотность». Автор не чувствует стилистической коннотации текста, это, увы, очевидно. Иногда встречаются не связанные между собой утверждения. Так, порочность и лживость далеко не всегда свойства людей, любящих роскошь, а те, кто любит деньги, далеко не всегда – садисты и мизантропы. Здесь же эти неявные вещи прямо вытекают одна из другой. «Гном» и «полурослик» - это разные расы, и то, что гном – невысокого роста, не делает его хоббитом. Да, допустимо в этом мире называть гномов полуросликами, но зачем путать читателя, тем более, есть прекрасные синонимы, вроде «коротышки»? При этом явно знакомство автора с книгами Дж.Р.Р. Толкиена, поскольку в тексте довольно быстро появляется клинок из мифрила.

Стоит обратить внимание и на описание женщин, потому что у каждой фигура – «точёная», как у шахматной фигурки. Точно так же, как и оборванец – это не социальный статус, не классовая принадлежность, а всего лишь презрительное описание внешнего вида, потому фраза «даже такой оборванец, как он, с детства знал, что самый прочный металл - мифрил». Дыры на штанах никак не влияют на объем информации в голове героя. И этот эпитет, «оборванец» появляется к месту и не к месту, даже в воспоминаниях девушки-паладина Джун.

При неуверенности в собственном лексиконе (слова есть, а составлять их в грамотные композиции получается пока не всегда), автор свободно владеет слогом, хотя порой он путается и сваливается в пафос. И этой книге не требуется ничего, кроме хорошего редактора, чтобы стать бестселлером. Очень понравился эпизод с булавой – нетривиально, живо. Сцена с разбитной девицей и её туповатым ухажёром – напоминает похожую из цикла про короля Джориана Лиона Спрэг де Кампа. Любопытна придумка с манекеном, хорошо описана история с клинком, за исключением, опять же, ряда лексических ошибок. По компоновке книга напоминает «Космический патруль» Роберта Хайнлайна и его же «Звёздный десант», отчасти - «Стальная крыса идёт в армию» Гарри Гаррисона: отбор в армию, противостояние бедного и богатого новобранцев, добрый вербовщик/сержант и т.д. Тем не менее, это популярная и востребованная фабула типа «возвышение героя», и читается с удовольствием, что, по моему мнению, означает писательский успех. 

+12
120

0 комментариев, по

1 845 14 60
Наверх Вниз