А у вас есть лошади?
Автор: Ли ЛитвиненкоРешила поучаствовать во флешмобе про лошадок. У меня они есть. https://author.today/work/226552
В пластичных движениях и хищных чертах ехавших сразу узнавалась волчья порода. Оборотни. Редкие гости в этих краях. Их лошади шли мягким аллюром, крупные копыта тяжеловозов поднимали облака пыли. Массивные и мускулистые лошади были под стать оседлавшим их спины воинам. Двуликие предпочитали эту породу другим из-за силы и выносливости. Конечно, тягачи уступали тонконогим скакунам в резвости и скорости, но кроткий нрав и мягкая поступь с лихвой компенсировали их неповоротливость.
Два ехавших впереди всадника походили на своих коней не только силой, но и мастью. На вороном ехал брюнет с вьющимися волосами — Гелиодор Вафт, последыш из далекой стаи Дикого ветра. И сразу было видно, что он здесь альфа. На соловом коне с бледно-желтой гривой ехал рыжий оборотень с зелеными глазами — Тумит Сэт, бета, правая рука и нареченный брат альфы, полная его противоположность.
Гелиодора разморила дневная осенняя теплынь, и он, убаюканный плавным шагом своего вороного, беспечно задремал. Конь почувствовал послабление и не преминул этим воспользоваться. Чуть притормозив, угольно-черный здоровяк пропустил вперед шедшего справа жеребца. Выгнув шею, словно змея, он резко укусил соседа за заднюю ляжку.
— А-а! — вскрикнул от неожиданности всадник, едва не вылетевший из седла, когда его конь после подлого нападения резко взбрыкнул и рванул в сторону, забыв о седоке.
Гелиодор сразу проснулся.
— Вот дрянная скотина! — закричал он на своего коня и дернул поводья.
— Он опять это сделал, — обиженно сообщил Тумит, возвращаясь на дорогу.
— Что поделаешь, такой характер, — вздохнул Гелиодор.
Его конь отличался от своих собратьев. К безупречно красивой внешности прилагался злобный и мстительный норов.
— Все потому, что других лошадей родили кобылицы, а твоего выплюнула сама бездна.
Вороной зыркнул на Тумита блестящими глазами и всхрапнул, будто давая понять, что запомнил и оскорбительные слова, и обидчика.
— Просто у Шторма слишком развито чувство справедливости, — вступился за свою скотинку Гел.
— Что справедливого в укусах исподтишка?
— Твой Колос не пропустил его при въезде в город, помнишь?
— И что?
— Шторм — конь вожака и всегда должен идти первым.
Тумит зло сплюнул в дорожную пыль.
— Да он искусал уже весь табун. Будешь уверять, что его обидел каждый?
— Наверняка у него были на то причины. Шторм как главный следит за порядком.
— А стая? Всякий из нас хоть раз носил на шкуре отметины от его зубов.
— Зато вы все испытываете к нему почтение.
— Страх.
— Уважаете его.
— Ненавидим.
— И любите…
Тумит хохотнул, давая понять, что альфа говорит абсурдные вещи.
— …По-своему, конечно. Но нельзя же не любить такого красавца!
Оборотень ласково потрепал жеребца за чуб и нежно провел ладонью по иссиня-черной шкуре, переливавшейся на солнце. Конь действительно был красив. Ровного цвета, без единой помарки. В тон телу густая грива и хвост, доходивший до земли. А как хорош в езде! Отзывчивый и чуткий, словно натянутая тетива. Он стоил Гелиодору огромных денег, а его братья по стае расплачивались за соседство с ним вечной настороженностью.
— Ты не умеешь выбирать ни лошадей, ни женщин, — покачал головой Тум. — Они слишком дорого тебе обходятся.