"Если вел себя плохо" | "Новогодний винегрет"
Автор: Настасья СорокинаТретий текст на конкурс "Новогоднего винегрета" испекся в последний вечер. Получился действительно странный салат:
- немного Санта Клауса,
- щепотка кельской мифологии,
- много отсылок к семейке Аддамс.
Смешать, взболтать, потреблять залпом)
Если вел себя плохо
Жанр: ромфант
– Дорогая, мне скоро выходить! – Николас замер в дверях, поправляя на шее ожерелье из звериных черепов. – Мне сегодня нельзя опаздывать, а я, как назло, ничего не могу найти. Ты видела кнут и черствые пряники?
Морриган выглянула из кухни. Сегодня она выглядела особенно празднично: длинные иссиня-черные волосы были украшены венком из засохших цветов, глаза блестели неземным зеленым цветом, по-рождественски красные губы выделялись на мертвенно-бледном лице. Николас и не помнил, когда видел её такой нарядной, в угольном пышном платье и в измазанном чем-то алым фартучке с рюшками.
– Выглядишь ужасающе, – проворковала она, поправляя черепа на шее так, чтобы смотрелось более зловеще. – Тебе так идет.
– Ты главный кактус в цветнике моей жизни, – проворковал он в ответ, и Морриган польщенно улыбнулась. Она потянулась к шкафу и вытащила оттуда черную кожаную сумку с ритуальными символами.
– Ты делаешь это сотни лет, но все никак не можешь собраться заранее, – в её голосе промелькнуло недовольство.
– Увы, в сущности, я такой же плохой и бестолковый мальчишка, как и те дурни и разгильдяи, кому я повезу подарки.
– За это я тебя и люблю.
Пока Николас проверял сани у крыльца и надевал на ездового оленя бронированный шипастый шлем, Морриган привезла целую тележку, груженую разной утварью. Пустые коробки в обшарпанной упаковочной бумаге, мешочек с угольками, конфетные обертки, с виду как настоящие, но без сладостей внутри, засахарившиеся в камень леденцы, которыми легко сломать зуб…
– И почему они не радуются моим подаркам? – Николас перекидал всё в сани, не заботясь о сохранности.
– О, ну они всего лишь глупые дети. Ты даришь им главное – опыт разочарования. Что может быть полезнее? Как говорили мудрецы, suum cuique tribuere*.
Глаза Николас блеснули в темноте.
– О, скажи что-нибудь еще на латыни, – страстно прошептал он, прижимаясь губами к её тонким пальцам.
– Тогда ты точно опоздаешь, – игриво хихикнула Морриган, и Николас, с нежеланием оторвавшись от её белоснежного запястья, заскочил в сани. Блеснув зубами на прощание, он дернул поводья и сорвался с места. Черная, будто облепленная паутиной повозка покатилась вслед за красноглазым оленем. Миг – и они взмыли в небо, сливаясь с полуночной темнотой. Над головой мелькнули стальные шипованные подковы.
Морриган проводила их взглядом. Перед тем, как вернуться в тепло семейного гнезда, она помахала сновавшему невдалеке соседу, но тот сделал вид, что не заметил её. Соседские сани были нагружены цветастыми коробками всех форм и размеров, украшенными блестящими бантами, да и сам он, пухлый и пузатый дед, принарядился в красное.
“Клоун”, – беззлобно подумала Морриган, пожала плечами и направилась на кухню, откуда по полу стелился желтый дымок с мерзостным запахом: на праздничный завтрак она планировала нечто экстраординарное.
__________________________________
* Воздать каждому по заслугам (лат.)