Новогодний винегрет. Часть 3
Автор: Малеев АлексийТретье задание на конкурс. Выбор жанров - детектив, триллер. На детектив я не решился, вышло бы слишком много знаков даже после легального расширении после первого этапа. Поэтому выбор пал на на триллер... как я его вижу.
Жанр - ТРИЛЛЕР
— Костя, дети, я дома! — прокричала из прихожей Света, закрывая за собой дверь.
— Мама, мама, иди сюда, будем печенье есть! — крикнула в ответ старшая дочь.
— Сейчас, Танечка, только разденусь!
Сняв обувь и пальто, но котором ещё продолжали таять снежинки, Света прошла в празднично украшенную гостиную. Там, за столом, над тарелкой с печеньем, склонились мужчина лет тридцати пяти в красном свитере с рождественским эльфом и две девочкой, примерно десятилетки, одна в таком де свитере, а вторая в белом, как и пришедшая с работы мама. Мужчина встал из-за стола, строго наказав до команды печенье из полной миски не есть, и подошёл к жене.
— Да пусть едят, чего ты, — изумлённо произнесла Света.
— Это печенье прислала Инга, — с намёком ответил Костя, — как символ нашего примирения.
— Она больше не будет бегать за тобой? — с ещё большим удивлением спросила жена. — Она не будет мешать нам жить, как делала эти последние двенадцать лет?
— Именно, — кивнул муж. — В записке она написала, что начинает новую жизнь, а печенье прислала как начало своей новой жизни. Ну и нашей тоже. Или ты не рада окончанию этого кошмара? Тебе не нравится, что она уйдёт из нашей жизни?
— Рада, очень рада, мне это очень нравится. А где эта записка?
Костя достал из кармана штанов маленькую открытку в виде ёлки и протянул Свете. Та прочитала там именно то, что говорил муж, и с облегчением выдохнул.
— Ну что ж, тогда отпразднуем новый этап нашей жизни этим печеньем! — торжественно произнесла Света, беря с тарелки песочный кружочек с кусочками шоколада.
Дочери тут же съели по печенью и потянулись за добавкой, Костя так же не стал медлить. Света оказалась последней, обилие пряностей обожгла язык, но шоколадная сладость сгладить эффект. Второе печенье женщина съела уже с большим удовольствием и уже собиралась предложить выпить чаю, как заметила, что дети стали заваливаться на стульях. Тело охватила неприятная слабость, что-либо сказать стало невозможно, Света боролась с накатывающим ощущением, но проиграла эту битву. Создание уплыло, последними своими крахами успев осознать щёлканье входного замка двери и удивлённый вскрик мужа.
Очнулась Света от укола в шею. Восприятие мира возвращалось медленно, первое, что женщина осознала — невозможность шевеления руками, которые кто-то завёл за спину. Пару субъективных минут спустя пришло осознание, что это «работа» смерительной рубашки, а сама Света явно находится в психушке.
— Что, в себя пришла? — спросил неприятно знакомый голос. — Не волнуйся, это ненадолго.
Открыв глаза, женщина увидела мягкие стены вокруг и свою точную копию перед собой. Инга смотрела на сестру с презрением и отвращением, будто на какого-то слизняка.
— Значит, ты всё-таки добилась своего, — сделала вывод Света, на удивление, своим обычным глосом.
— А ты сомневалась? — спросила Инга. — Зря, теперь Костя мой и только мой, ты не встанешь между нами.
— С чего ты взяла, что он предаст меня?
— Ему и не надо никого предавать, его положение лишь ненамного лучше твоего. Ты в психушке, а будет со мной, лишь немного отличаясь от овоща. То, чем я привела тебя в чувство сейчас, он будет употреблять в минимальнейших дозах. На секс хватит, а большего от него и не потребуется.
То, как расчётливо произносила эти ужасные слова Инга, потрясло Свету. Она и не подозревала в сестре такой ужасной мрази.
— А если я позову санитаров? — почему-то решила уточнить скованная рубашкой женщина.
— Здесь очень толстые стены, ты… слишком буйная, — хмыкнул, ответила Инга. — И такой теперь останешься навсегда, больше жидкого противоядия у меня нет.
— И зачем тогда? Зачем ты потратила всё сейчас?
— Чтобы увидеть этот страх в твоих глазах, конечно, — нагнувшись вкладчико ответила Инга. — Как приятно осознавать, что главная проблема моей жизни навсегда заперта под неусыпным контролем надзирателей.
— Надо было настоять и позволить дочерям съесть печенье первыми, — зачем-то произнесла Света. — Тогда мы успели бы что-нибудь предпринять.
— Нет больше дочей, — жёстко процедила Инга, — доза оказалась смертельная для них.
— Нет! НЕ-Е-ЕТ!!!
Света забилась в рубашке, пытаясь достать до гадины. Та отпрянула как от чего-то мерзкого.
— Тише, сестрёнка, тише, тебе тоже недолго осталось. До твоей считай что смерти секунд двадцать не больше. Больше в сознание ты не придёшь никогда, считай, что умерла. — Инга нагнулась над Светой и произнесла последние слава для затухающего разума: — Наслаждайся моим рождественским подарком за все годы пленения моего любимого мужчины, дрянь.