Как получить вместо однокомнатной двухкомнатную
Автор: Вера ЛондоковскаяОтрывок из книги Железнодорожница 2
Минуту спустя в зал ворвались ураганом Пашина и ее дочка. И все почти одновременно заговорили, перебивая и не слушая друг друга.
— Анечка! — Ритка чуть не выронила очередную книжку и тряпку. — Ты приехала?
— А как же, скоро ведь сборы в школе, — важно отвечала та.
— А еще мы в двухкомнатную переезжаем! — победоносно потрясла ключами Валюша, при этом улыбка у нее была до ушей.
— Да ты что? — одновременно ахнули мы с дедом.
— Да! Уже и мебель грузовиком перевезли. Теперь тюки с вещами надо перетаскать. Но вы же поможете? У нас вся надежда на друзей!
— А я не хочу в ту школу! — визжала Анечка. — Я хочу ходить в старую!
Девчонки продолжали орать, не давая нам с дедом расспросить Пашину, и я в конце концов сказала:
— Так, Рита, бери Аню и идите куда-нибудь!
— Так мне же доделать надо! — Ритка возмущенно показала на книги.
— А вы с Аней положите книги на полки стопками, чтобы не валялись где попало, и марш на улицу!
Девчонки быстро запихнули книги на полки и, весело переговариваясь, убежали.
— Так уже и ордер есть, и ключи? — спросила я Пашину.
— Да, все есть, — продолжала та широко улыбаться.
— А в каком районе? — спросил дед. — Почему дочку надо в другую школу переводить?
— На Некрасовской, — ответила Валюша, — дом восемьдесят первой серии, представляете? Остановка рядом, Универсам рядом, рынок рядом. Лифт работает. Так здорово! Квартира на шестом этаже, и лоджия есть, правда, маленькая. И почему-то она в спальне находится. Кухня небольшая, но это ничего, зато своя наконец-то. Да вы сами завтра все увидите. Мы же пойдем туда тюки переносить.
— Так Некрасовская далековато отсюда, — присвистнул дед, — остановки четыре, наверно, или пять. Смотря, где на автобус садиться.
— Не так уж это и далеко, — с оптимизмом махнула рукой Пашина, — к друзьям всегда можно в гости приехать. Зато до работы теперь ближе. Утром на трамвай прыгнула, три остановки — и там. И центр города рядом.
Мне очень любопытно было посмотреть новую квартиру Пашиных, но как я им помогу с тюками, если завтра весь день работаю?
— Ты завтра на смене или нет? — как раз спросила Валюша.
— Да я теперь вообще на другой работе.
— Как? — опешила она.
Дед похлопал себя по карманам, проверяя, на месте ли папиросы, и сказал:
— Ладно, вы болтайте, а я на улицу.
Я в двух словах объяснила, где и кем сейчас работаю.
— Да, — призадумалась Пашина, — стало быть, на тебя можно только после пяти рассчитывать?
— А ты сама-то как? Ты же тоже пятидневкой работаешь.
— Да мне отгулы дали, специально для переезда. Слушай, Альбина, у нас даже чайник сейчас упакован. Можно у вас хоть чаю-то выпить?
— Да, пойдем на кухню, — спохватилась я, и мы пошли ужинать.
— Ой, и сгущенка есть, — обрадовалась гостья, — и кофе какой хороший. Из Москвы привезли?
— Да, — я достала из холодильника небольшую кастрюлю борща и поставила на плиту разогревать, — а как двухкомнатную дали? Все-таки вышла за Валерку?
— Ой, — закатила глаза Пашина, — с Валеркой что-то странное. Я так и не поняла, что именно, да теперь уж все равно. Короче, приезжаю я в Арсеньев. Иду на завод. Показываю паспорт на проходной, а мне говорят: «Не можем пропустить»!
— Как? — я сделала круглые глаза. — Ты же бывшая жена, и фамилии у вас одинаковые, и ребенок общий.
Она развела руками:
— А вот так, без всяких объяснений. Нет, и всё тут. Ладно, стала я ждать, когда рабочий день закончится. Три часа на улице простояла, как пенёк! На самом солнцепёке! И что ты думаешь? Вываливается после гудка толпа рабочих. Я давай подпрыгивать, где там Валерка, а там столько народу, ужас! Хотела в толпу влезть, так меня едва не затоптали. Там — или с ними иди одним потоком, или раздавят.
— Представляю, сколько ты натерпелась.
— Ага. Ну, я пошла вместе с толпой, как по руслу реки. Глядь, а вот же Валерка. Стала ему кричать, и он даже начал оборачиваться. А тут какой-то бугай, — то ли бригадир его, то ли кто, — как зыркнет на меня, да как припечатает матерными словами! И вскоре они из моего обзора скрылись.
— Ну надо же! — воскликнула я как можно сочувственнее. — И что ты дальше делала?
— Да что? Большая часть толпы по пути разошлась по домам — сворачивали к пятиэтажкам и пропадали. А маленькая часть, и Валерка с ними, зарулили к трёхэтажному зданию. А там надпись «Общежитие». Ну, думаю, сейчас я в общагу проберусь и Валерку обработаю. Ага, не тут-то было!
— Что, и в общежитие не пустили?
— Нет! Представляешь? Я и так и сяк, и даже заплакала перед вахтершей. А она — не велено, и всё тут! Даже из вестибюля меня попросила выйти. Ну что мне оставалось делать? Села на ступеньки крыльца и сижу, плачу.
Я разлила борщ по тарелкам и поставила на стол. Налила чай в кружки.
— И долго так просидишь, на ступеньках-то? — покачала я головой. — Ты ешь, сейчас хлеб нарежу.
— Я готова была до утра так сидеть, — Пашина аж всхлипнула, вспоминая свои мытарства. — А что, сейчас лето, ночи жаркие. Просижу, думаю, до утра. А утром Валерка пойдет на работу, и я его — хвать! За шкирку да на солнышко, вернее, в ЗАГС. Сижу, реву. И вдруг слышу сзади незнакомый голос, такой ласковый: «А что мы плачем?». Оборачиваюсь. Стоит мужик, полный такой, рыжий, с усами. И я возьми и ляпни: «Да замуж хочу выйти».
— Да ты что? Так и сказала? А он?
— А он засмеялся и говорит: «Я тоже жениться хочу, надоело по общагам болтаться. Пойдем на танцы».
— И ты пошла?
— А что тут такого? — пожала плечами Пашина. — Понимаешь, я впервые за столько лет поняла, что могу еще кому-то нравиться. Натанцевались мы в тот вечер! И ночь подошла. Генка мне и говорит: «Пойдем», а я с ним готова хоть куда угодно. Пришли к той же самой общаге. Он в окно первого этажа постучал и говорит: «Пацаны, я с женщиной пришел, освободите комнату нам».
— И они освободили? Куда-то ушли?
— Да как я поняла, там всего двое было в комнате, кроме Генки. Ушли куда-то. А мы в окно залезли, Генка меня подсадил. А у меня же столько времени ни с кем ничего, — Пашина понизила голос и огляделась, не слышит ли кто. Но в квартире, кроме нас, никого не было, и она продолжала: — А я так по мужскому плечу соскучилась! И я стала такая счастливая! Понимаешь, я почувствовала себя женщиной в полном смысле этого слова!
А я в очередной раз подумала, что не зря все же съездила в Арсеньев. Получается, хотела помочь Валерке, а помогла сразу и ему, и Валюше, и даже незнакомому парню.