Тайны учебного заведения
Автор: Вера ЛондоковскаяВсю ночь перед первым сентября Инну Геннадьевну мучили кошмары.
То она бежала по застывшему, неровному декабрьскому льду – по зимней дороге. Непростительно опаздывая на первую пару. Ветер свистел в ушах, с верхушек заснеженных веток слышалось насмешливое карканье ворон. Ну, все, как обычно, все, как на самом деле! Все, как наяву!
Вот уже и очертания колледжа показались. Величественное старинное здание на высоком морском берегу, окутанное густым туманом.
Инна Геннадьевна пробежала через Южные ворота. Где-то наверху, в непроглядной утренней мгле, кружились и перекрикивались большие черные птицы — вечные сопровождающие по пути на работу...
Откуда ни возьмись, перед глазами заметалась белая полупрозрачная тень. От нее веяло ужасом и холодом. Она норовила окутать преподавательницу, застудить в своих объятиях до смерти. Инна, на мгновение потеряв способность управлять своим телом, споткнулась о какой-то камень возле общежития. И покатилась по резкому, заледенелому склону, прямо к ярко освещенному входу в столовую, где обычно курили студенты.
— Твою-то м-м-мать! — примерно с этой фразой Инна Геннадьевна приземлилась.
И, конечно, все произошло прямо на глазах у курящих студентов. Вот радость-то, поржать над преподавателем.
— А мы все записали, все, все, что вы сейчас сказали! Вы — матерились! И теперь вам попадёт! Вам попадёт! Попадёт!.. – орали они.
Снимая шубу на ходу, она вбежала в пустую темную аудиторию. Щелкнула выключателем. И в свете ярко вспыхнувших ламп увидела стул и… веревку, свисающую откуда-то сверху…
Инна Геннадьевна подскочила на кровати от кошмарного сна, как от толчка. Частое дыхание медленно успокаивалось, Инна медленно осознавала, где она. Почему зима? Чёрт, сколько времени?! Потянувшись к телефону, она разглядела цифры: пять утра. Можно выдохнуть — всего лишь приснился кошмар, ведь накануне она сильно переживала, как бы не опоздать на линейку.
Открыв шторы, Инна Геннадьевна увидела блестевшие от прошедшего дождя крыши домов, тёмные окна и фонари над тротуаром. Было в этом виде нечто таинственное и тоскливое. Но отогнав печальные мысли, она торопливо сказала:
— Куда ночь, туда и сон прочь!
С тех пор, как умер папа, и на всем белом свете не осталось ни одного родного человека, любое время года и суток для нее были безрадостными и холодными. И вот уже полгода, как у нее нет даже приходящего любовника. Хотя она еще молода, — всего тридцать шесть лет, — всегда при макияже, а новые очки в форме «кошачий глаз» придают шарма, и особая гордость – длинные пышные светлые волосы.
Под блондинку она начала краситься не так давно — когда после похорон отца заметила, что стала наполовину седой.
Тогда же Инна Геннадьевна стала очень богата (по меркам их городка). И вот теперь у нее были две квартиры — в одной жила, другую сдавала, — японский автомобиль и немаленькие деньги на счетах в банке. Была работа, пусть и нелюбимая, но приносящая ощутимый доход, за которую она держалась.
Но не было самого главного — человека рядом. Тоска по теплой руке и надежному плечу затмевала и обесценивала даже те радости, которые давали деньги.
В бесшумном лифте Инна Геннадьевна спустилась вниз, вышла из подъезда и пошла на работу. Линейка начинается в девять, а сейчас только семь утра. Утреннюю мглу пробивали желтые огни фонарей, и стояла особая тишина перед началом всеобщей рабочей суеты. Ей, интроверту, не хотелось бежать со всей этой сумасшедшей толпой, не хотелось дышать смрадом от выхлопных газов машин, стоящих намертво в пробке. Лучше уж выйти пораньше, и спокойно прогуляться, пока на улицах никого нет.
Мысли Инны прервал просительный и скрипучий старушечий голос:
— Девонька, помоги дорогу перейти!
У пешеходного перехода стояла бабушка — божий одуванчик. Инна Геннадьевна отчаянно огляделась, нет ли неподалеку мужчин или парней, которым она с удовольствием спихнет заботу о пожилой женщине.
Но в такую рань, сколько ни оглядывайся, а вокруг никого не увидишь. Ну и ладно, Инна Геннадьевна сама справится, не велика проблема. Как бы ни хотелось, но помочь придется. Как там говорится: «помочь – святое дело»? Глядя на таких старушек, она всегда думала — вот так, наверное, выглядела бы мама, доживи она до таких лет.
Она подошла к переходу и протянула старушке согнутую в локте руку. Та, не задумываясь, схватилась за локоть хрупкой женщины как за поручень в автобусе. И перейдя дорогу, не думала отцепляться.
— А ты не покажешь мне, как пройти к глазному центру? — беспардонно заявила бабка. — Мне сказали, что где-то здесь.
— Да, это как раз за одну остановку до нашего колледжа, — Инна Геннадьевна растерянно смотрела на пожилую женщину, — только там же наверно еще закрыто, время — семь часов утра.
— Ничего, я лучше буду самая первая в очереди, чем потом ждать неизвестно сколько.
— Ну ладно, — пожала плечами Инна, — пойдемте, я как раз в ту сторону, доведу вас.
— Тебя как зовут? Как-как? Инна? А меня тётя Аня. Я к сыну в ваш город приехала из Самары, — гордо сказала старушка. — Сын поехал сюда на заработки, вот я и решила приехать, навестить его, — всю дорогу бабка болтала без умолку, пытаясь развеселить эту хмурую женщину.
Инна Геннадьевна сама не заметила, как разговорилась и рассказала о своих проблемах совершенно незнакомому человеку.
Когда Инна пересказала свою жизнь, заметила, что они пришли. Возле глазного центра действительно уже толпился народ.
— Ну все, я пошла очередь занимать, — старушка отпустила руку Инны Геннадьевны, — спасибо тебе девонька, дай Бог тебе счастья! Совсем скоро суженого своего встретишь!
— Спасибо, — вежливо ответила опешившая Инна Геннадьевна и собиралась уходить, но внезапно для себя спросила: — а откуда вы знаете? Ну, про суженого? — уточнила, смутившись, она.
— Да уж как-нибудь знаю, — загадочно ответила случайная попутчица, хитро улыбнулась и пошла к крыльцу занимать очередь.
На книгу Детсовет три дня действует скидка.