Козёл я или просто хороший друг?
Автор: Гилберт СавьеТри бочонка вина… Интересно, спросит, за сколько сторговался? Или действительно запала она ему в сердце? Перекупить за четыре? Усмехаюсь про себя, и что-то вязкое, черное ползет снизу, придушивая, учащая пульс.
Куда я ее веду? Словно жертву на заклание, своими же руками. Пересыхает во рту. Но ведь он с чувствами…
С намерениями он.
«Сам знаешь, что сейчас с ней будет», — шепчет подлый голос в голове.
Только сейчас замечаю как сильно впился пальцами в плечо девушки. А ей хоть бы что, даже не дернулась.
Отпустить? Пусть бежит на все четыре стороны?
Но ведь я пообещал. Пьер — дворянин, в конце концов, а не вечно пьяная мразь, как Тюрье.
«Ее бы все равно убили», — спорю с внутренним голосом. Может, не все так плохо? Может, я сам извожу себя, видя во всем только неприглядную сторону? А какая тогда «приглядная», если вспомнить, что произошло утром?
«Но разве не ты сам решил когда-то, что смерть лучше?» — задает он мне провокационный вопрос.
Руки потеют, в них забирается дрожь. Знойным летним вечером мне становится холодно. Бездумно выхватываю саблю и разворачиваю арабку к себе лицом. Красивая. Изящный изгиб бровей, аккуратные пухлые губки, точеные скулы. В распахнутых и застывших глазах отражается багровое закатное небо, а за ним — пустота и безысходность.
— Не страшно, — говорю непонятно кому, себе или ей — она же ни слова не понимает, — и осторожно разрезаю веревку на запястьях. — Не бойся.
Кого я пытаюсь обмануть, совесть?
Хочется утешить, подбодрить девушку, но я могу только надеяться на то, что Пьер не опустится до состояния животного, как Тюрье. Но он опьянен своими чувствами, а она, в ужасе от пережитого, даже сопротивляться не будет...