Маленькие истории

Упрямый кузнечик

Возле запруды широкого ручья, среди густой осоки распрыгались, разрезвились маленькие кузнечики. Они родились совсем недавно, а потому всё вокруг было для них интересным и любопытным.

Сидя в тени листа лопуха, за ними наблюдала старушка-саранча. Уследить за такими шалунами - задача не из лёгких, особенно когда один норовит свалиться в ручей, а второй в этот момент вот-вот угодит в липкую паутину. Поэтому саранча почти без умолку недовольно ворчала на детей:

-Кому говорят: не подходите к ручью! Толкнёт кто-нибудь невзначай и свалитесь в воду! И не вылезайте из кустов - на открытой местности вас легко увидеть какой-нибудь голодной птице. Глазом моргнуть не успеете, как бросится камнем на землю и проглотит вас в один миг. Не разбредайтесь далеко, я всех должна видеть и слышать!

Несмотря на то, что кузнечики были любителями поозорничать, саранчу они всё же слушались и всегда делали так, как она просила. Но был среди них один баловник, которому наказы саранчи казались надоедливыми и глупыми.

-Она просто злится, что сама уже старая и не может играть так же, - Говорил этот кузнечик, продолжая опасно раскачиваться на самом кончике осоки, - Поэтому и ворчит на нас, чтобы мы тоже сидели тихо и смирно, а ей не было завидно. Но меня не проведёшь, я спокойно сидеть не буду!

С этими словами кузнечик прыгнул на цветок ромашки, с него - на подорожник, с подорожника - на песок и поскакал к большому камню, разогретому от солнечных лучей.

-Опасность! Опасность! - Прокричали ему две зелёные стрекозы, пролетая мимо, но шалунишка их не послушал.

Забравшись на камень, он довольно прикрыл глаза, радуясь тому, как тепло здесь от солнышка, как светло от его ярких лучей, как хорошо видно голубое небо и бегущие по нему пушистые облака. От лёгкого ветерка качались, словно в танце, бутоны цветов на лужайке, по ручью проплывали мелкие хворостинки и сухие прошлогодние листики. Какая красота вокруг! Такого, сидя среди травы, не увидишь!

-Где ты, кузнечик? Ну-ка скачи сюда! - Не досчитавшись упрямца среди остальных детишек, саранча вылезла из-под лопуха и недовольно запричитала. - Опять меня не послушал! Что будешь с ним делать?

Наконец, заметив его, сидящим на камне, старушка принялась звать его обратно:

-Вернись скорее к лопуху, пока не случилась беда! Разве не говорила я тебе, что под камнями прячутся хищники?

-А вот и не правда! - Возразил кузнечик. - Ты так говоришь, потому что тебе самой страшно! А я ни капельки не боюсь!

И вдруг, в этот самый момент из-под камня показалась длинная зелёная ящерица. Облизнувшись, она юрко забралась на верхушку булыжника, под которым грелась всё это время, и бросилась было к кузнечику, собираясь проглотить его, но не успела: к счастью, маленький упрямец вовремя заметил её и спрыгнул в густую траву, где она уже не смогла бы отыскать его.

-А я говорила тебе! - Журила потом кузнечика саранча, когда тот вернулся к лопуху. - Впредь меня слушайся!

Однако, недолго вёл себя смирно маленький шаловливый кузнечик. Не прошло и дня, как ему снова захотелось поозорничать.

-Интересно, что находится за тем кустом крапивы? - Спросил он у своих братьев и сестрёнок.

-Мы никогда там не были, - Отвечали остальные кузнечики, - Ты же знаешь, что бабушка-саранча не позволяет нам отлучаться так далеко от лопуха.

-А я всё-таки посмотрю! - Заявил проказник и поскакал к заветным кустам.

Прыг-скок, прыг-скок с травинки на травинку, с листка на листок, вот уже совсем рядом крапива. А местечко здесь какое чудное! Вместо осоки - мягкий клевер с его нежно-розовыми цветками, одуванчики тут и там выглядывают из густой зелени, будто маленькие солнышки, и песок не такой холодный на ощупь, как возле ручья. Как же хорошо, что он сюда допрыгал!

-Красота! - Радостно воскликнул кузнечик и хотел было запрыгнуть на широкий лист крапивы, как что-то вдруг помешало ему. Бедняжка словно завис в воздухе, не закончив прыжок.

-Я угодил в паутину! - Догадался шалун и заплакал. - Что же мне теперь делать?

Кузнечик испуганно задёргал лапками, что есть сил пытаясь освободиться от липких тонких ниточек, но вместо этого только запутался в них ещё сильнее. Чем больше он крутился, тем тяжелее ему становилось пошевелить хоть чем-нибудь. Совсем скоро паук почувствует, что в его сети попалась добыча, и тогда...

-Бабушка-саранча! - Принялся кричать кузнечик. - Бабушка-саранча!

На его счастье, саранча услышала проказника. В два счёта добравшись до кустов крапивы, она легко перегрызла несколько ниточек, державших паутину на стеблях растений, и кузнечик упал на землю.

-Говорила я тебе: не отлучаться далеко от лопуха? - Ворчала потом старушка, когда вернула непослушного малыша обратно к остальным резвившимся кузнечикам. - Впредь меня слушайся!

Но и в этот раз шалунишка не долго вёл себя, как следует.

Увидев, как по поверхности ручья бегают водомерки, кузнечик захотел поиграть вместе с ними.

-Что такого страшного может случиться? - Рассуждал он, вспоминая наказы саранчи не приближаться к воде. - У меня же сильные лапки! Один прыжок - и я уже на другом берегу. Второй прыжок - я снова здесь. Ерунда!

Решив, что бабушка-саранча всё преувеличивает, кузнечик поскакал прочь от лопуха. Течение у ручья было быстрое, вода чистая-чистая, каждую песчинку на дне видно. То и дело мимо проплывали, будто корабли, то лепестки шиповника, растущего неподалеку, то ивовые листочки, сорванные ветром. Над самой водной гладью покачивали своими цветками ярко-желтые лютики.

Позабыв обо всём на свете, кузнечик принялся прыгать туда-сюда через ручей. Прыг - на этой стороне, прыг - на другой, прыг - обратно.

-Скорее возвращайся назад к лопуху! - Закричала саранча, заметив, что проказник снова её не послушал. - Разве не говорила я тебе, что у воды опасно?

-Ни капельки здесь не опасно! - Возразил кузнечик, продолжая свою весёлую забаву. - У тебя самой, наверное, просто уже так не получится!

-Глупый кузнечик, да ведь у ручья живёт жаба! - Сказала старушка, но было поздно.

Как только кузнечик сделал новый прыжок, из-за камня на другой стороне ручья вылезла большая толстая жаба. Разинув свою пасть, она выпустила вперёд длинный язык, поймав им насекомое, и тут же отправила в рот, довольно квакнув при этом. Не зря она сидела здесь с самого утра, дожидаясь лакомства. Теперь-то она сыта.

-Кузнечик-кузнечик! - Горестно вздохнула бабушка-саранча. - Говорила же я тебе, что старших надо слушаться! 

Журчалка 

Солнце осветило тёплыми, ласковыми лучами лужайку и все вокруг проснулись.

Забегали суетливо муравьишки, отыскивая среди густой травы соломинки и песчинки для своего муравейника; пауки заползли на самые высокие стебли растений, чтобы сплести на них ажурные паутинки; трудолюбивые пчёлы принялись перелетать с одного раскрывшегося цветочного бутона на другой, собирая с них нектар для будущего мёда; тут и там прыгали кузнечики, ползали жучки, карабкались по листочкам божьи коровки. Все встречали новый день.

Проснулись от крепкого сна и крохотные гусеницы. На лужайке их было много, каждая из них была уникальна и не похожа на других: одна - чёрная, с длинными волосками белого цвета, переходящего в рыжий у самого тельца гусеницы; другая - лимонно-жёлтая с тёмными полосками; третья - зелёная, совсем гладкая, похожая на травинку; четвёртая - большая, белая, с необычными яркими пятнышками; пятая - с острыми длинными шипами, будто розовая ветка, и мелкими светлыми пятнышками на чёрном теле, напоминающими россыпь звёзд в ночи..

Гусеницы забрались на растения, листочками которых собирались позавтракать, и как обычно принялись хвастаться друг другу, в каких прекрасных бабочек они превратятся, когда придёт время. 

-У меня определённо будут роскошные крылья! - Заявила белая гусеница. - Я уверена, что они вырастут большими и такими яркими, что затмят все цветы на этой лужайке!

-А мои крылья будут напоминать всем диковинную птицу! - Отвечала гусеница с острыми шипами. - И настоящие птицы не посмеют меня тронуть!

-А я буду похожа на солнце! - Вторила им зелёная гусеница. - Никакой излишней пестроты, только насыщенный жёлтый цвет, чтобы все смотрели на меня, а не на небо!

Вдруг внимание гусениц привлекла одна из них, совсем крохотная, с почти прозрачным белёсым тельцем. Она скромно сидела на листке одуванчика и молча наблюдала за остальными.

-А какие крылья вырастут у тебя? - Поинтересовалась у неё чёрная гусеница.

-Не знаю, - Ответила кроха, - А вы как думаете?

-О, я уверена, она вырастет маленькой, но очень симпатичной бабочкой! - Не без зависти заметила зелёная гусеница. - Я думаю, у неё будут белые крылья с маленькими синими крапинками. Очень красиво!

-А я думаю, она будет похожа на бабочку-крапивницу, - Сказала жёлтая гусеница, подтянувшись на своём стебельке повыше, чтобы лучше видеть малышку, - Хоть сейчас она и невзрачная, крылья у неё будут пёстрые, словно цветочная клумба!

Насекомые принялись спорить, в какую же бабочку превратится в итоге их маленькая подруга. Каждая настаивала на своем варианте расцветки крылышек, уверяя, что только её мнение верно. В конце концов, гусеничка осталась убеждена, что её непременно ждёт впереди чудесное превращение.

Изо дня в день гусеницы не знали никаких дел и забот, кроме как отыскивать всё новые растения, чтобы полакомиться их листочками, и мечтать о том, как они станут бабочками. Эти грёзы были единственным смыслом их жизни, а потому они с упоением предавались разговорам о будущих крыльях, их длине и узорах, о том, какой хоботок и длинные лапки появятся у них совсем скоро. Мечтала вместе с ними и маленькая полупрозрачная гусеница, каждый день представляя себя в новом образе: то она становилась огромной красной бабочкой, то маленькой светло-голубой, то с фиолетовой крапинкой, то с зелёной обводкой по краям крылышек. Как же ей не терпелось поскорее отрастить их и порхать вместе со своими подругами, любуясь ими и красуясь самой!

Наконец, пришла пора гусеницам закрыться в маленьких домиках-коконах и уснуть в них на несколько недель, чтобы их тело смогло измениться, как положено. Время пролетело незаметно и вот, на свет должны были появиться прекрасные бабочки..

Первой вылупилась из кокона та, что недавно была зелёной гусеницей - это оказалась лимонница. Она развернула свои яркие жёлтые крылышки с маленькими точками, похожими на родинки, размяла лапки и вспорхнула. Ах, как же чудесно быть бабочкой! Как славно уметь летать, а не ползать по земле от цветка к цветку! И как хорошо, что все вокруг любуются ею!

Затем открылся кокон, в котором до этих пор дремала гусеница с острыми шипами. Не даром она сравнивала себя с птицей - на крыльях этой бабочки и в самом деле были сиреневые отметины, напоминающие пятна на хвосте павлина. Живописная получилась красавица!

Следом за ней открылись коконы белой и жёлтой гусениц. Из них выпорхнули на свет две роскошные бабочки, одна из которых была темно-оранжевая с мелкими синими пятнышками на нижних крылышках и крупными черными на верхних, а вторая - исполинских размеров с насыщенными жёлтыми крыльями, которые, в придачу, заканчивались внизу тёмными хвостиками. Они звались бабочкой-крапивницей и махаоном.

Открылся кокон и гусеницы с пушистыми волосками. В нем оказалась боярышница - красивая бабочка с белыми крыльями, украшенными чёрными прожилками. 

Все они принялись счастливо порхать над лужайкой, стремясь во всей красе продемонстрировать друг другу, какие великолепные крылья выросли у них за время сна в коконе, как легко и высоко могут они теперь взлетать над землёй и как меркнут в сравнении с ними любые цветочные бутоны!

Но вот раскрылся кокон, в котором спала ранее маленькая полупрозрачная гусеничка. Бабочки замерли в ожидании подруги, гадая, как же изменилась кроха. Вдруг..

-Батюшки! - Изумленно воскликнула лимонница.

Из кокона не без труда выбралась вовсе не бабочка, а небольшая муха в чёрно-жёлтую полоску, как у осы. Крылышки её были абсолютно прозрачны и от того практически незаметны, тельце округлым и совсем не изящным. На голове, будто рожки, торчали два коротких чёрных усика.

-Так это же журчалка! - Первой догадалась бабочка-павлиний глаз и недовольно вспорхнула со своего места. - Стоило ждать её появления так долго! Только зря потеряли время!

-И это её мы называли подругой! - Разозлилась огромная жёлтая бабочка-махаон, тоже улетая прочь. - Стыд да и только!

-Как могли мы, прекрасные бабочки, общаться с какой-то невзрачной мухой, у которой и крыльев-то не видно! - Согласно проворчала боярышница, также скрываясь из виду вместе с не менее раздражённой лимонницей.

Бабочки разлетелись, и маленькая муха осталась совсем одна. Не зная, что же ей делать дальше, она взлетела с веточки клевера, на котором висел её кокон, и полетела, куда глаза глядят.

Паря над огромной цветочной лужайкой, вдыхая чудные ароматы цветов и трав, наблюдая за многочисленными кузнечиками, жучками и стрекозами, журчалка с грустью думала о том, что теперь совсем никому не будет до неё дела. Надо же: она всю свою жизнь, будучи гусеницей, думала о том, что придёт день, и она превратится в красивую бабочку, будет порхать здесь со своими подругами, а все вокруг будут любоваться её крылышками и дарить комплименты. Все её мечты теперь рухнули, разбились вдребезги! Кто же будет любоваться маленькой, ничем не примечательной мухой, кому она нужна?

Долетев до небольшого ручья, журчалка опустилась на стебель осоки передохнуть. Такие маленькие крылья, как у неё, не могли выдерживать долгого полёта. Травинка слегка согнулась под весом мухи, и крошка впервые взглянула на себя, увидев собственное отражение в воде. Правду говорили бабочки: никаких тебе узоров, никаких крапинок или пятнышек. Никто и никогда не посмотрит на неё такими восхищенными глазами, как на них!

Отвернувшись от ручья, журчалка горько заплакала.

Вскоре, на звук её безутешных всхлипываний из густой травы выползла улитка. Медленно осмотрев плачущую муху, она заползла на соседнюю травинку и осторожно спросила:

-Почему ты плачешь, журчалка? У тебя что-то случилось?

-Как же мне не плакать? Разве ты не видишь, как я выгляжу?

Улитка ещё раз медленно осмотрела муху.

-Вижу. По-моему, всё в порядке. Ты выглядишь, как обычная муха.

В ответ на эти слова журчалка заплакала ещё сильнее.

-Вот именно, “как обычная муха”! Кому нужна такая, как я? Маленькая, невзрачная, с такими некрасивыми крыльями! То ли дело - бабочки..

И журчалка рассказала улитке всё, что говорили ей бывшие подруги. Как они делились мечтами о крыльях, пока были гусеницами, как радовались своему чудесному превращению и как были неприятно удивлены, когда увидели её новое тело. Улитка покачала головой.

-Глупенькая, - С улыбкой сказала она, - Почему ты решила, что раз ты не родилась бабочкой, то никому не нужна? Да знаешь ли ты, насколько эта лужайка нуждается в тебе? Ведь именно ты и твои сёстры помогаете опылять все те цветы, что выросли на ней, без вас не смогли бы обойтись цветущие яблони, груши и вишни в саду! К тому же вас очень боятся насекомые, которые наносят вред этим деревьям, а значит, своим здоровьем и богатым урожаем они обязаны в том числе и тебе, а вовсе не бабочкам! Внешняя красота - это ещё далеко не всё. Это даже не самое важное, что есть в жизни.

Услышав это, журчалка перестала плакать и улыбнулась.

-Значит, я смогу найти друзей, даже если у меня нет красивых крыльев?

-Конечно! - Уверенно кивнула улитка. - И они будут ценить тебя за то, какая ты добрая, а не за узоры и пятнышки. 

Журчалка обрадовалась и взлетела над поляной.