От Гения до Обезьяны с печатной машинкой

Надысь я написал восторженную рецензию. Но пока писал... возникли ещё «мысли по поводу». Или без повода, но в рецензию их точно не впихнуть. Мысли про иерархическую лестницу словесных творцов. Согласитесь, есть же некие градации и если подумать, то можно понять внутреннюю логику той или иной ступени творчества, опираясь на литературные примеры. Хотя лучше, конечно, без них. И критерием тут будет не моральные качества, а только масштаб дарования и, так сказать, устойчивость оного.

Есть же авторы, для которых высочайший уровень художественного мышления, языковой пластики и глубины проникновения в суть вещей норма творчества. Их «обычные» строчки — это эталон для других. Гений не «старается» быть гениальным, он просто таким видит мир и таким его транслирует. Текст рождается цельным, как природный кристалл.

Неумение писать плохо даже в черновиках, письмах и записках СМС-ках разве это не гениальность? Если обычный писатель строит дом, то гений заодно непреднамеренно изобретает новый тип цемента, который к тому же пахнет фиалками, и меняет гравитацию на участке строительства.

Даже описывая, как Николай Р. проигрывает деньги в карты, некий автор исследует природу одержимости, чести и отчаяния. Эпизод с дубом в том же романе — это не просто пейзаж, а карта духовных странствий героя.

А у другого автора диалоги бедных людей, в которых бред переплетается с высочайшей философией. Даже второстепенный персонаж в трактире изрекает истины, над которыми философы бьются десятилетиями и столетиями.

«Маленькие трагедии» или «Повести Белкина» «нашего всего» - кажущаяся простота, за которой — бездонная глубина. Каждая фраза на своём месте, как атом в молекулярной решётке.

Если гений напишет инструкцию по сборке шкафа, можно ли будет, читая её, постичь экзистенциальную тоску древесины? Мой ответ: Да!

Талантливый писатель – обладатель огромного, но сравнительно непостоянного дара. Он способен на взлёты до уровня вышеназванного гения, но также может создавать вещи «просто очень хорошие» или даже неровные. Его муза не живёт с ним в одной комнате, а периодически навещает, иногда задерживаясь в гостях надолго.

Наличие в библиографии как шедевров, так и произведений, где виден великолепный мастер, но не пророк – вот признак настоящего таланта. Но не гения, как тот Евгений.

Талант — это шеф-повар, который может создать блюдо для мишленовской звезды, но иногда, устав, делает просто отличный бургер. Он всё равно лучше, чем у всех в городе, но звезду за него не дадут.

Иного писателя часто ставят в один ряд с гениями, и по праву. Но если приглядеться: его ранние юморески — талантливо и смешно, но это не «Скучная история» или «Дама с собачкой», где он достигает абсолютного, гениального лаконизма в выражении бесконечности жизни.

«Записки охотника» — бесспорная гениальность. Некоторые же романы этого автора при всём изяществе могут демонстрировать некоторую заданность, схематичность в построении конфликта «отцов и детей».

«Лолита» или «Дар» — произведения титанического уровня. Но в авторском наследии есть и тексты, которые являются, прежде всего, виртуозной литературной игрой для тонких ценителей, таких как мы с вами. Или Вы с нами.

Может ли талант написать роман хуже гения? Если это его, таланта самый «гениальный» роман, то трудно сказать. Наверное, все-таки может. И да, если это его «просто талантливый», рядовой роман.

Мастеровой или ремесленник – это автор, в совершенстве овладевший техникой сочинительства. Он знает, как построить сюжет, прописать диалог, создать узнаваемых персонажей. Его продукция качественна, читаема и часто популярна. Однако ему не хватает той самой искры, которая превращает мастерство в искусство. Он не открывает новых миров, но умело обживает уже открытые.

Ключевой признак тут предсказуемость. Вы примерно знаете, что получите, и получаете ровно то, что ожидали, в добротной упаковке.

Это идеальный столяр, который сделает вам безупречный, удобный, эргономичный стул по классическим лекалам. Но стул не будет шедевром дизайна, о котором пишут в журналах, а если это не стул, а ступа, она никогда не полетит.

Многие произведения жанровой литературы, детективы, любовные романы, фэнтези выше среднего уровня. Авторы точно знают законы жанра и выдают стабильный результат.

Не достигли художественного бессмертия как многие популярные беллетристы XIX века, чьи имена стёрлись из памяти, но в своё время они исправно снабжали публику чтением так и какая-то часть советских «производственных» романов – это технически грамотные, идеологически выверенные произведения, но мало кто их помнит.

Если мастеровой прочитает текст гения, поймёт ли он, как это сделано? Скорее всего, да. Но почему это сделано именно так и как пришла эта мысль — не поймёт.

И наконец бездарность - это некий индивидуум, имеющий стойкое заблуждение о наличии у себя литературного дара при его полном фактическом отсутствии оного. Характеризуется неспособностью овладеть даже базовой техникой: язык коряв, сюжет нелеп, персонажи картонные. Главное для бездарности не понять своей природы. И не надо ему об этом рассказывать. Пусть у него остаётся искренняя уверенность в том, что его не публикуют, не понимают, не читают, не лайкают - из-за зависти, заговора или отсутствия вкуса у всего мира. Это человек, упорно пытающийся приготовить утку по-пекински, не зная даже, как варить яйцо, и искренне верящий, что его блюдо — новое слово в кулинарии.

Графомания в чистом виде - это бесконечные эпические поэмы о мироздании, написанные рифмами «любовь-кровь-морковь». Или псевдо-глубокомысленная проза, сплошной поток «сокровенных мыслей» без попытки облечь их в художественную форму. Часто сопровождается обилием многоточий и восклицательных знаков! Ну и агрессивно-безграмотные тексты в сети, претендующие на откровение это тоже оно. Отличает ли бездарность плохой текст от хорошего? Нет. У неё вкус атрофирован.

Теоретически возможна в этом бескрайнем мире обезьяна с печатной машинкой или Генератор случайного текста. Своего рода нулевая точка. Это полное отсутствие не только мастерства, но и намерения. Некое хаотическое нагромождение символов, лишённое смысла, замысла и даже ошибки, ибо она отклонение от правила, а здесь и правил-то нет, лишь первозданный хаос.

Ключевой признак - абсолютная случайность результата. Теоретически, за бесконечное время может напечатать сонет Шекспира, но это не будет достижением, а лишь игрой вероятностей. Говорят же , что если дать этой обезьяне бесконечное количество времени, она, как некоторые предполагали, случайно соберёт «Энциклопедию Британнику». Но статья про, скажем, Наполеона возможно будет выглядеть как-то так: «Наполеон… аааа банан!!! скрхгптлзц… Аустерлиц солнце плюшевый мишка 42». Это не энциклопедия, это шум.

Или другой знаменитый мыслительный эксперимент, опровергающий сам себя: «Бесконечное число обезьян за бесконечное время напечатают «Войну и мир». Важный нюанс: они её не напишут. Они её наберут - разница то есть. В их «тексте» не будет ни замысла, ни стиля, ни души — лишь случайное совпадение символов.

Может ли текст обезьяны, случайно сложившись в гениальную фразу, считаться гениальным? Нет, нет и еще раз нет. Гениальность — атрибут автора, живущего среди людей, а не текста в вакууме –любопытный артефакт Вселенной.

Возьмите же любого известного Вам автора и попробуйте, используя критерии, приведенные выше, определить его место на этой лестнице, от верхней и ниже, но кроме "бездарности" и обезяьяны с гра... то есть пишущей машинкой. Вот это строго запрещено. Аргументируйте, но помните, главное — не абсолютный приговор, а понимание меры и природы дара. 

Возможно, самый опасный персонаж в этой иерархии — талантливый мастеровой, уверенный, что он гений? Он ведь способен создавать много качественного, но горько разочаровывающего чтива, за которым буквально похоронено что-то настоящее. Хотя бы талантливое.