Он издевался над младшим братом
Автор: ВистерияПора познакомиться с главными героями "Клуба анонимных Мечтателей".
Знакомьтесь: Михаэль Йокинсон.
Коротышка, очкарик, а также... садист, некогда истязавший младшего брата. Ну и параллельно безнадежно больной психиатрической лечебницы Непорочного Гектора
Зато стильно выглядит: волосы с желтыми полосами, черные ногти... И не важно, что волосы желтые из-за вылитой на них химии, а ногти выкрасил активированным углем
– Михаэль, – Элеонора вздохнула. – Вчера ты пытался вынести из столовой нож. Около 15 минут не хотел сознаваться в этом. Расскажи, для чего он тебе?
Михаэль перестал щёлкать пальцами. Он медленно посмотрел на Элеонору, окинув её осуждающим взглядом. Потом и вовсе рукой махнул, корча из себя беззаботного человека. Только от беззаботности в Йокинсоне даже слова нет.
– Эксперимент. Развлечение. Для баланса вселенной.
– Отлично, – Элеонора нервно улыбнулась, отстав от планшета. – И что за эксперимент?
– На безопасность, – Миха ухмыльнулся, наклонившись вперёд. Повёл глазами из стороны в сторону. Переигрывал. – Как врач, скажите, сколько раз надо, – показал руками, – втыкать в человека, чтобы пробить тушку насквозь? Или проколоть… глаз? Глаз! До хруста, – разломил воображаемую палку руками, – вот так.
Алексия удивленно наклонила голову, загадочно хлопая ресничками.
– А глаз хрустит? Это больно?
– Ну-у-у, – Миха откинулся на спинку стула, как король. Ко всему и ногу на бедро закинул. Вилли на столь пафосный исход закатил глаза. – Я только курице дохлой прокалывал, ну, мама хотела приготов…
– МИХАЭЛЬ, – прервала обсуждения Элеонора. Она на секундочку закрыла глаза. Даже Вилли чувствовал её нервозность. От госпожи Клер и до этого понимания ждать не приходилось, но обсуждения с Хаулом явно сделали своё. Как и браслет.
– Твой научный интерес к физиологии человека прекрасен. Только давай не будем забывать, что ставить эксперименты над живыми и мертвыми существами – плохо. Помнишь правило? Сможешь повторить?
– Вы про тот бред, который написали мне на стене в комнате? О, – он закинул локоть на спинку стула. – Я её стёр, кстати. Знаете, чем? Вам рассказали? Нет? Да? Нет? Да, может, нет?
– Михаэль, – Элеонора начинала злиться. – Я спрашиваю ЕЩЁ РАЗ. Ты помнишь главное правило?
Миха нехотя убрал руку, заметно приуныв. Он вытянул ноги, начиная играться носочками ботинок. Если уж Вилли не любил групповые терапии и клуб Мечтателей, что говорить о других. Ни один псих не был счастлив обсуждать своих тараканов. Особенно, когда их начинали беспощадно давить без разрешения.
– Главное правило, – нехотя начал Йокинсон. – Не делать с другими того, что не хочешь, чтобы делали с тобой без разрешения, бла-бла.
– Без бла-бла, пожалуйста. Повтори ещё раз. Громче, Михаэль.
– Главное правило, – повысил он голос, начиная злиться. Злость Заки и рядом не стояла с этой. – Не делать с другими то, что не хочешь, чтобы делали с тобой без разрешения!
– И что это значит? – Элеонора поучительно уставилась на него.
– Это значит, что надо проносить нож другим способом, потому что так не вышло! – он ударил себя по бедрам, да ещё и с такой серьезной рожей, что Вилли пробило на нервный смешок. – Странное правило, с каждым днём которое становится страннее. А если я хочу, чтобы меня прокололи? Порезали? Изнасиловали?! – он посмотрел на Алексию. – Вот она, – указал рукой, – хочу, чтобы Алексия прижала меня к стене, а потом, – начал пальчиками водить у своей шее, – вот так вот, ну, вот так вот, крепко-крепко…
– А ты случаем не пробовал начать с чего-то простого? – Вилли не смог сдержать смеха. – Например, с коллекционирования марок? Говорят, это успокаивает.
