Воскресная дедовщина

А у нас еженедельная рубрика "Чем ещё заняться в воскресенье?" Воскресный абзац из спин-оффа (снова нифига не абзац, конечно). Персонажи продолжают мыкать горе (в данной сцене моя любимая девочка и колоритный дед совместно мыкают горе в учении). В очередной раз поклон вот этой красоте и вновь благодарю за вдохновение, Екатерина!

Итак, если ваши уроки не выглядят (выглядели), как эти, даже не зовите меня возрадуйтесь:

Она отгоняла Рицу в кабинет и сажала за стол перед пыльной книгой, например, по географии — и эту науку дикарка любила. Чуть меньшим везением были книги по материалике — науке об устройстве мироздания. А иногда, как говаривал столяр из селения, «лошадка совсем не везла»: Рица входила, замечала красную обложку и кривилась, опознав труд по истории войн, побед и поражений. Она терпеть не могла эту бесовскую книжонку! Когда Магистр указывал на страницу и требовал: «Смотри сюда и туда, расскажи то и это, кто был тот и этот, да сколько людей было в его войске…» — Рица сжимала челюсти и отвечала на вопросы односложно, сквозь зубы, порой доводя учителя до белого каления.

Во время очередного урока Рица не выдержала:

— Зачем мне всё это? Это же для мальчишек!

— Каждая умная девица обязана… 

— И где же она?

— Она? — сбился Магистр.

— Она! Умная девица, — Рица широко раскрыла глаза и огляделась. — Ой, а её нетути здесь! Велите разыскать, Магистр?

— Я велю тебе отвечать на мои вопросы.

Рица отказалась давать ответ, и её без лишних слов схватили за шкирку и подволокли ближе к морщинистому, длинному, как у грустной лошади, лицу:

— Я тебе не мягкотелая Ане́лла, из которой ты пять лет верёвки вила в Башне, так что бросай провозглашать глупости. Что видишь?

Рица неохотно покорилась:

— Битву при Газга́ре. Древней Гис дали последний бой племена диких северян. Они проиграли.

— И как же гиссцы победили? Ну, не томи, а то слушать тебя будет мой погребальный костёр, — Рица что-то пробормотала про расположение войск и гисский огонь, который не тушит вода… — Во имя Престола Божьего, хватит мямлить! 

И помните: учение — свет!