Слабо стать айтишником?

Автор: Дмитрий Романофф

Спор наш уже начинал набирать обороты, когда из-за кустов орешника послышался шелест листьев и негромкое покашливание. Вышел дед Митрофан в стёганой безрукавке, с палочкой из корня можжевельника. Его глаза были словно две щёлочки с острым, всё замечающим взглядом.

— Мир вам, соколики, — сказал он, присаживаясь на пенёк рядом. — Шумите тут, всю рыбу распугали. О чём баталии?

Емеля, обрадовавшись союзнику, тут же пустился в объяснения:

— Да вот, Ванька мой опять о своём. Гелик ему подавай, железный, чтоб грохотал. В телефоне своём день и ночь сидит. Всё разбогатеть хочет. Я ему говорю, что свобода не в том, а он не слышит!

Дед Митрофан медленно посмотрел на меня, потом на Емелю. Морщины у рта задрожали.

— Богатеть-то захотели? Дело хорошее, — заговорил он, и в голосе зазвучала смешанная нотка мудрости и тонкого лукавства. — Я знаю семь способов быстро разбогатеть. Проверенных.

Вот он, шанс! Старцы-то они фигни не посоветуют!

— Правда, дед? Научи!

— Первый способ, — дед прищурился. — Найти клад. Желательно царский. Но для этого с телефоном по полям ходить надо, глаза к земле приклонять. А у тебя Вань, взгляд на экран прилип, пройдёшь мимо сундука с червонцами и не заметишь.

Я поморщился. Емеля хмыкнул.

— Второй, — продолжил Митрофан. — Жениться на богатой. Но тут, парень, нужно не в танчики играть, а харизму развивать, обаяние. У тебя от экрана лицо сосредоточенное и закопчённое. Не убедишь.

— Дед! — возмутился я, а Емеля уже давился от смеха.

— Третий, — дед невозмутимо продолжал. — Получить наследство от заморского дядюшки. Но для этого надо хотя бы письма в почтовом ящике проверять, а не только уведомления в телефоне.

— Четвёртый способ выиграть в лотерею. Но тут уж я пас, это к удаче.

Он сделал длинную паузу.

— Пятый способ — это запустить свой бизнес. Бизнес похож на огород. Сначала вскопай, потом посей, потом полей, а потом жди. Ты ждать не умеешь, тебе надо сразу гелик.

— Шестой — стать айтишником. Но для этого талант нужен. Ты кроме как стрелять по врагам в телефоне, что умеешь?

Я сидел, полностью сконфуженный. Мудрость деда Митрофана оказалась похожа на ушат холодной воды из колодца.

— А седьмой? — спросил Емеля, сгорая от любопытства.

— Седьмой… — Дед Митрофан прищурился. — Самый верный. Проснуться однажды утром и понять, что ты уже богат. У тебя две руки, две ноги, голова на плечах, друг рядом, который на рыбалку тащит. Река течёт, небо над головой, воздух, которым дышишь чистый. Вот оно, богатство-то. Его только разглядеть надо.

Он подмигнул Емеле, тяжело поднялся и, постукивая палочкой, побрёл вдоль берега, оставив нас в гробовой тишине, нарушаемой только его последними словами, брошенными через плечо:

— А на гелик… Может и накопишь. Только смотри чтобы самого главного не растерять. Оно, главное-то, в деньгах не считается.

Наступила долгая пауза. Поплавок у Емели дёрнулся. Клюнуло, но он даже не шелохнулся, глядя на меня. А я переваривал слова старца. В них была какая-то досадная, приземлённая правда. Но мечта-то никуда не делась!

— Видишь, Емель? — сказал я, стараясь придать голосу больше уверенности, чем было на самом деле. — Даже дед Митрофан не сказал, что это невозможно. Семь способов! Значит, шанс есть. Теперь, с его мудростями, я точно разберусь. Разбогатею и куплю гелик. Обязательно!

Емеля покачал головой, но уже без злобы. Спросил с невозмутимой, убийственной искренностью:

— Вань, а на какой из семи способов ты, собственно, рассчитываешь? На клад? Так ты дальше магазина не ходишь. На наследство? Забыл, что твой дядя Коля тракторист.

— Стану айтишником, — сказал я ещё сам до конца не осозновая, что только что определил свою судьбу.