Воины Шаолиня вытаскивают друга из китайской тюрьмы

План прорабатывался в мельчайших деталях. Мы превратили скромное жилище в настоящий боевой штаб. На столе лежали тюремные тетради Чена, карта местности вокруг исправительной колонии строгого режима в пригороде Пекина и распечатки старинных манускриптов, которые могли нам помочь в проработке стратегии действий.

Сложность была в том, чтобы предупредить Чена.

— Ему нужно дать знак, — сказал я, вглядываясь в фотографию тюремного корпуса. — Чтобы он был готов морально и физически. Если это сделаю я, то это его скомпрометирует. Неизвестно, как он на это отреагирует.

Мастер медленно повернулся ко мне.

— Я поеду, — ответил он. — Там работает один из моих учеников, с которым мы до сих пор поддерживаем связь. Я не скажу ему о тебе, а намекну, что это помощь от старого друга. Остальное он сам додумает. Если не поймёт, то операция отменяется. Рисковать из-за человека, который сломался, нельзя.

— Согласен, — кивнул я и мы перешли к разработке стратегии.

Мы погрузились в историю. Не в современные учебники тактики, а в хроники, где мы изучали рейды самураев и небольших групп, которые проникали за вражеские линии под видом монахов или торговцев, используя диверсии с искусством отвлечения внимания. Особенно впечатляли операции шаолиньских монахов эпохи Мин, которые вызволяли заложников, используя знание распорядка дня, слабость человеческой природы и молниеносное применение силы в нужное время.

— Они никогда не шли напролом, — резюмировал мастер, водя пальцем по древней схеме монастыря. — Они находили слабости вроде жадности капитана стражи, любви надзирателя к вину и мастерски использовали слепые пятна между прожекторами. Силу применяли точечно и лишь в случае крайней необходимости.

Наш план начал обретать форму и мы обозначили три фазы. Первое, отвлечение. Создаём инцидент на противоположном конце тюремного комплекса. Не взрыв, а что-то требующее внимания всего персонала. Пожар на складе старых документов, например.

Второе, проникновение. В хаосе отвлечения один из нас проникает в административный корпус под видом курьера из суда с экстренными документами. Мы решили, что это буду я. Униформу раздобыли накануне. Подготовили правильные бланки с помощью друга мастера, что там работает. Их изготовление было отдельной, китайской наукой, которую мастер взял на себя.

Третье, побег и исчезновение. Чена должны были вывести под конвоем того же «курьера» для срочной явки в суд. Стандартная процедура. Нас ждал изменённый микроавтобус с фальшивыми номерами и потайным отсеком. Мы подготовили сеть заранее снятых «слепых» гаражей и переход на старый, не отслеживаемый холодильный грузовик, который везёт рыбу в горы.

Мы проматывали план снова и снова. Я учился ходить, как тюремный клерк, немного сгорбившись без взгляда в глаза, но с намёком на спешку. Мастер детально изучал расписание смен и маршруты патрулей вокруг колонии, а я учился отличать реальные камеры от тех, что висят лишь для видимости.

— Слабый элемент не система, а человек, — сказал за ужином мастер. — Который в определённый момент должен отворить калитку не глядя или принять решение не перезванивать для проверки. На это нужно делать упор.

Читать книгу "Феникс" полностью

(Спасибо за лайки и комментарии, которые помогают продвигать книгу!)