Отрывок из Героя 2 на зацен

Всем доброго утречка  

Стало не по себе, будто лёд попал под рёбра, а потом разожгли там же печь.

Выпасли меня эти двое красиво. Точно, по-волчьи. Никаких свидетелей. Ни одной души на горизонте, только их красная четвёрка, пылящая по грунтовке, бесконечная посадка да зеленеющее поле.

Меня внезапно обдало жаром от одной мысли: а если у них есть огнестрел? Неважно, какой. Обрез, крокодил, даже старенький ТТ… От пули убежать будет невозможно.

Но думать уже некогда. Нужно действовать.

Не сбавляя темпа, резко рванул в сторону, в придорожную посадку. Сухие ветки хлестали по лицу, цеплялись за футболку. Я почти бегом продирался сквозь них, спотыкаясь о корни. За спиной рёв мотора, который тут же сменился писком тормозов. Они резко остановились. Почти одновременно хлопнули двери.

Я выскочил из посадки на поле. Под ногами молодая поросль пшеницы. Мягкая, влажная от недавнего дождя земля. Бежать по ней было тяжелее, чем по грунтовке. Ноги вязли, каждый шаг отнимал силы. Но это был мой шанс.

Бежал, подальше в поле, часто и прерывисто дыша, не забывая оглядываться через плечо. Нужно было понять их замысел, от этого плясать. Но сначала нужно максимально разорвать дистанцию. Если у них есть ствол, то чем дальше я сейчас отбегу, тем больше шансов, что они промахнутся. А то, что в этой ситуации я могу остаться валяться на этом поле с пробитой головой, сомнений не было. Никаких.

Четвёрка осталась на дороге. Оба выскочили. Я видел, как две фигуры мелькнули в просветах между деревьями посадки. Скоро они выбежали на край поля.

Я облегчённо выдохнул. Без ствола. Пока.

Но расслабляться было рано. Амбал, массивный, как глыба, уже нёсся по полю, размахивая здоровенной дубинкой, похожей на укороченный держак от лопаты. Только скорее всего она из акации, а значит, немного легче железной. А ушлый бежал чуть сзади. На его правой руке, сжатой в кулак, тускло блестел кастет. Стальной, тяжёлый, с шипами. Точно не для переговоров. Таким только калечить.

Их расчёт был ясен: машина на поле через посадку не проскочит. Чтобы заехать с другой стороны, им пришлось бы проехать полтора километра вдоль посадки, а потом ещё столько же по полю. За это время я легко перебежал бы обратно на другую сторону. Значит, решили взять измором, в лоб.

Я резко замедлился, потом остановился, согнувшись пополам. Уперся одной рукой в колено, другой схватился за бок, делая вид, что выдохся и у меня колет в боку. Пусть думают, что их план работает, ведь я и правда уже отбежал от города изрядно. А они полны сил, потому что ехали в то время, когда я бежал на тренировку, растрачивая силы.

Так и вышло. Увидев, что я согнулся, они переглянулись и прибавили ходу. Воодушевлённые. Амбал даже рыкнул что-то, поднимая дубину. Дистанция между нами стремительно сокращалась.

Я стоял, глотая ртом душноватый воздух, и считал секунды. Они уже были метров в двадцати. Десяти... 

Теперь нужно было решать. Бежать дальше. Нужно их измотать. Не думаю, что они бегуны. Хоть я и начал бегать недавно, но это лучше, чем не бегать вообще.

Если бы с ними был ещё и Артапед, дела мои сейчас были бы кончены. Он бы меня догнал на раз. А так, ещё можно пободаться.

Я разогнулся и снова пустился бежать, не ускоряясь. Ровно настолько, чтобы у них в головах щёлкнуло: Догоняем! Ещё чуть-чуть!

Амбал уже хрипел за спиной, как разлаженный мотор. Ещё пару минут, и он отстанет.

Я плавно повернул, начал описывать дугу, уводя их вдоль линии посадки, прочь от жигулёнка. Пот застил глаза, ноги гудели и тяжелели, будто в кеды налили свинца. Каждый шаг по мягкой, проседающей земле отнимал силы. Но моим преследователям было не легче.

Поэтому я сбавил темп ещё чуть. 

Игра на измор.

Ушлый, видя мою слабость, сильнее рванул вперёд. Амбал уже отстал шагов на двадцать, тяжело волоча дубинку. По комплекции ушлый мне серьёзно проигрывал. Жилистый, вертлявый, но без моей массы и размаха. Значит, рассчитывал либо на свой кастет, либо на то, что вцепится мёртвой хваткой и продержит меня на месте, пока не подтянется амбал.

Пора было действовать.

На бегу, не останавливаясь, расстегнул сумку. Одна рука нащупала так нужную рогатку. Другая два ребристых камня-щебёнки со дна.

Я остановился, спиной к нему. Руки работали на автомате: камень в кожаный пятак, натяжение. Звук тугой резины.

Ушлый был уже в пяти метрах.

В трёх...

Я резко развернулся на подошвах, подняв рогатку.

Он был уже в двух шагах. Его лицо, искажённое хищной гримасой азарта, вдруг обмякло, глаза округлились от полного изумления и недоумения. Он не ожидал, что его жертва развернётся с оружием. Тем более с таким.

Я выстрелил почти в упор, целясь в нижнюю часть лица. Камень со свистом и глухим, костяным щелчком врезался ему в подбородок. Он взвыл, и схватился за лицо обеими ладонями, отступая.

Я не дал ему опомниться. С двух шагов разбега врезал толчковым ударом с ноги под дых. Подошва упёрлась в мягкое. Он ахнул, согнулся пополам и, отшатываясь, грузно шлёпнулся на спину. Отчаянно оттолкнулся руками от земли, пытаясь вскочить. 

Но я был уже рядом. На полном ходу, будто выбивая пенальти, нанёс резкий, точный удар с ноги в голову. Она дёрнулась, словно маятник, и тело обмякло, безвольно опустилось на бок.

Он потух. Судя по полной, мёртвой неподвижности, надолго.

Ссылка на книгу https://author.today/work/540542