Нейрохимия творчества

Недавно вот о чём задумался, когда подруга сказала, что у неё «случаются главы в потоке». Для меня, как дофаминщика, это звучало абсурдно. Главу можно лишь написать, она не может случиться) Залипнув, пришёл к выводу, что подход к письму зашит в биохимии мозга.

«Архитекторы» (дофаминовый путь). Их цель — результат, завершённый продукт. Дофамин — гормон достижения цели. Для них процесс — это последовательность преодолённых препятствий (глава, сцена, сложный диалог). Их сила — дисциплина и доведение до ума. Их риск — механистичность.

«Садовники» (эндорфиновый/окситоциновый путь). Их цель — состояние. Эндорфины — внутренние опиаты, дающие чувство эйфории и растворения в процессе. Они ищут поток, кайф от непредсказуемости сюжета, слезную или радостную связь с персонажем (здесь подключается окситоцин, гормон привязанности). Их сила — искренность и энергия. Их риск — провалиться в бесконечный незавершённый роман всей жизни.

Это не хорошо и не плохо. Это тип нервной системы. Попытка заставить «садовника» сесть на жёсткий план — пытка. Идея заставить «архитектора» отпустить контроль и импровизировать — паническая атака.

Большинство конфликтов в писательских чатах — это не спор о методах, а ломка у людей с разной нейрохимией.
Когда «Архитектор» говорит «Садовнику»: «просто сядь и допиши», он звучит как человек, советующий депрессивному «просто не грустить».

Регулярность лечит тревожных и травмирует чувствительных.