Субботний (ведьмин) отрывок

Я шла по улице в крайне дурном настроении. Жорик, найдя наконец подходящее «доброе дело», перевозбудился и так меня достал… Никому нельзя показывать свою слабость. Раз подпустишь близко — сразу решат, что имеют право лезть в твою жизнь и указывать, что делать.
— Ты летуну-то своему скажи, шо нежить вытворила, чем пригрозила, — посоветовал призрак озабоченно, едва я позавтракала. — Одно ж дело делаете.
— Угу, как лебедь, рак и щука, — отозвалась я иронично. — Дело-то одно, только направления и задачи у нас разные.
— Пущай разные, — согласился он. — Но неужто у него сердца нет, неужто не поймет, шо тебе важнее ведьму-то… тогокнуть?
Я весело хмыкнула:
— Сердце? У наблюдателя? Нет, Жор, нет у них ни сердца, ни совести. Только работа. То есть ведьмы, которые должны вести себя смирно, спасая и не убивая. С тех пор, как ты умер, немногое изменилось. Нас терпят, пока мы ведём себя прилично. Пока полезны. А для остальных до сих пор горят костры.
— В России средневековой охоты на ведьм не было, — авторитетно изрёк Жорик.
— Зато у нас любят перенимать прогрессивный опыт «цивилизованных» стран, — парировала я.
— Но тебе костёр же не запалили. Ни за «скорпионов», ни за…
— Это дело времени, — перебила я резко. — Как только он доберётся до ведьмы, всё встанет на свои места. И я буду последней дурой, если дам наблюдателю такой козырь для манипуляций. Пусть считает, что я из интереса помогаю, а не из острой нужды. Сейчас я за помощь хоть какие-то ответы могу из него выбить. В нужде со мной считаться не будут. Дело превыше всего.
Я взяла пенку и навела кудри. Жорик смотрел на меня из кухонного дверного проёма, и коридорное зеркало отражало его крайне неодобрительную мину.
— А ежели пойти с другого пути? — начал призрак осторожно. — Уля, он же мужчина, а ты — симпатичная де…
Я резко повернулась и швырнула в него расчёской, опережая призывы рассудка к терпению. Жорик дёрнулся, ловя «снаряд», и открыл рот для возмущенной нотации, но опоздал.
— Ни слова больше! — процедила я угрожающе. — Чтобы я не слышала ни одного слова на эту тему! Знаешь, сколько таких, как я, попавших в западню, сдавались, продавались и отдавались, верили наблюдателям, пахали на них всю жизнь, а потом всё равно шли на костёр? Меняются времена и нравы, но не люди. Не эти люди. Они никогда не уймутся и всегда будут бояться тьмы. И нечисти. И не поднимай больше эту тему. Я благодарна тебе за помощь, но не бери на себя слишком много.
Жорик волей-неволей напомнил о том, о чём я старалась не думать. Если не доберусь до проклятой ведьмы — и, скорее всего, не доберусь, Гоша опережает меня на километры, — то с нежитью справлюсь. Найду способ или снова посадить её на цепь, или уничтожить. А вот как заткнуть рот наблюдателю?.. И правая ладонь рефлекторно сжала левый локоть. Я всегда знала, что однажды спалюсь — когда вопрос между жизнью и тайной встанет ребром, — но так и не придумала, как выкрутиться. И ничего умнее тихого убийства в голову не приходило. И кабы не Совесть, мутировавшая после «скорпионов» до неприличных размеров… 

«Ведьмина доля»

ЗЫ: А ещё сегодня на весь «ведьмин» цикл большие скидки)