Дракон проснулся. Начало второй главы. Тарвин из клана Всадников

В глубине неприступных гор Черного урочища, там, где даже птицы не рискуют пролетать, а ветер стонет в расщелинах, укрылась пещера — древнее логово, выточенное ледниками и укреплённое магией первых времён. Её своды, украшенные кристаллическими наростами, мерцали в полумраке, словно усыпанная звёздами ночь. Воздух здесь был густым, насыщенным запахами серы, мха и чего‑то неуловимо древнего.

Именно здесь, на каменном ложе, высеченном в толще горы, спал дракон Аэльдринг — последний из рода Солнечных Стражей.

Он спал триста и семь зим. Это был не сон усталости, не зимняя спячка, а сон ожидания. Глубокий, как бездонные шахты под горой, ровный, как ход звёзд по небу. В этом сне не было видений, лишь безмолвная тишина, в которой билось сердце дракона — медленно, размеренно, отсчитывая века.

Каждую весну тонкий луч света пробивался сквозь узкую расщелину наверху, касался бронзовой чешуи, но Аэльдринг не шевелился. Каждую зиму снежные вихри заметали вход, превращая пещеру в склеп, но он продолжал спать. Время текло мимо, как вода мимо камня.

Когда‑то, в эпоху, когда драконы и люди заключали союзы, Аэльдринг избрал своего Всадника — юношу по имени Эриан. Они летали вместе над морями и горами, охраняли границы забытых королевств, несли весть мира и грозы. Их связь была крепка, как сталь, чиста, как горный родник.

Но однажды Эриан не вернулся.

Он отправился в дальний поход — и пропал. Никто знал, где он, ни живой, ни мёртвый. Аэльдринг искал его дни и ночи, облетая земли, которые они когда‑то охраняли вместе. Но всё было тщетно.

Тогда дракон вернулся в своё логово и уснул. Это было не отчаяние – драконам не ведомо такое чувство. Просто он знал: если Эриан жив, если он когда‑нибудь наденет Пояс Всадника — древний артефакт, связывающий дракона и человека, — Аэльдринг почувствует это. Почувствует зов, тихий, как биение сердца, но ясный, как звон стали. И он ждал.

В ту ночь воздух в пещере дрогнул. Не гром, не землетрясение — но тонкая вибрация, прошедшая сквозь камень, сквозь сон, сквозь века.

Аэльдринг открыл глаза. Зрачки, узкие и тёмные, расширились, впитывая скудный свет. Чешуя заиграла бронзовыми отблесками. Он поднял голову, втянул воздух — и почувствовал: где‑то далеко, за горами и лесами, Эриан — или тот, кто унаследовал его судьбу, — принял связь.

Дракон медленно приподнял массивную голову. Мощный рёв заставил стены пещеры вздрогнуть, сорвал с выступов каменную крошку, взметнул клубы пыли. Он почувствовал голод — не просто потребность в пище, а древнюю, инстинктивную необходимость наполнить себя силой, чтобы быть достойным своего Всадника.

Ссылка на полный текст https://author.today/work/546053