Марлен Хаусхофер (1920-1970 гг.)

Архиволнительная в начале и напрочь опустошающая читателя своей концовкой «Стена» — это роман австрийской писательницы Марлен Хаусхофер, опубликованный в 1963 году, считающийся её лучшей работой и классикой антиутопии. По фантастическому сюжету главная героиня оказывается отрезанной от мира невидимой прозрачной стеной, которая не позволяет ей покинуть горный домик, где она осталась одна, и отделяет от застывших людей и животных за её пределами. Роман рассказывает о выживании этой безымянной героини, ее одиночестве и размышлениях о жизни, а также является аллегорией на критику цивилизации и исследованием взаимоотношений человека с природой. По стилистике главный труд фрау Хаусхофер представлен в форме дневника, где за умело и далеко ненавязчиво описанными рутинной жизнью, самокопанием и поиском смысла жизни человеком, потерявшим надежду, читателя ждёт душераздирающий финал, который выжмет ни одну каплю эмоций даже из самого засохшего сердца.

Что ж, вот такое вступление у меня получилось. Однако этот роман-монолог мне хотелось бы чуть подробнее описать со стороны психологизма героини и ее походно-полевой бытности, критерий которых в целом и есть фундамент всего произведения. А именно, что же ждёт читателя (не переживайте, буду поверхностным, дабы не раскрывать всей линии сюжета), так это однообразная жизнедеятельность деревенского образца, так сказать, если позволите, реднека, но среднеевропейского. И, несмотря на то, что писательнице удается вбить интригу в самом начале возникновением таинственной стены, которая своей многогранной загадочностью оживляет пытливые умы и разгоняет кровь по им подконтрольным организмам, в целом далее все убаюкивается, и на страниц двести чтеца ждёт равномерная исповедь с редкими всплесками некоторых трагичных событий. 

Кому-то такое однообразие может наскучить, не спорю, так как был и сам не в восторге от слога, хотя, возможно, всему виной перевод: он иногда портит оригинальный язык. Впрочем, нельзя сказать, что, читая, я терпел до последней страницы. Нет, это не так. Ведь порой монолог периодически впадающей в состояние безысходности героини переходил в исповедь, а ещё чаще искал саму себя, требуя ответов от прошлого, что, в свою очередь, и меня самого заставляло задуматься над некоторыми жизненно основополагающими вопросами, а для литературы, которую мы все неизменно потребляем, это немаловажный эффект. 

Но отнюдь, сколько бы ни было выдвинуто интересных мыслей умом запертой в угодье героиней, сколько бы животных она ни спасла из-за своей врождённой человечности, скорее всего, это был тщательно запланированный акт показательной жизни от самой писательницы, чтобы в конце книги столкнуть великую жертвенность души человеческой с деструктивным, воинственным, жестокосердным существом, принадлежащим, как ни старанно, к тому же единственно разумному виду на планете Земля. 

Честно говоря, откровенно, без экивоков и красноречивых сентенций, для меня финал этого романа оказался настолько резким, а оттого, наверное, и душещипательным, что я разумно переждал с неделю-другую, чтобы поделиться этими более менее устаканившимися эмоциями, так как в первые дни после прочтения, откинув все свое мужланство на задний план, я буквально рыдал, пытаясь яростью пробить подступивший ком опустошения к горлу, который буквально разрывал меня изнутри, будто сама душа пробивалась наверх и хотела там, снаружи, вывернуть себя наизнанку. Но я же тем временем хотел только кричать об этом ощущении миру, лишь бы он пережил со мной это вместе и вкусил наконец сполна настоящих, отличных от остальных организмов, человеческих чувств любви, сострадания, а затем безутешной скорби.

В целом, вот такое обозрение у меня вышло, не больше, не меньше, и добавлять ничего не хочу. Хотя на основе собственного опыта могу ненавязчиво порекомендовать тем, кто возьмётся за ознакомление с этим трудом фрау Хаусхофер: читайте книгу сразу, без растяжек, чтобы с головой погрузиться в события. Тогда эффект концовки, если прочтёте роман за вечер или два, будет куда более сильным.

Благодарю вас за потраченное время. Надеюсь, был полезным.