Хризантема

Острая боль пронзает меня в основании ребер. С них будто сдирали плоть, заставляя глаза открываться от пронзительного ужаса

─ Больно, черт побери…!

Боль сменяется дрожью и мокрым теплом на всей верхней части тела. Ржаво-медный запах наполняет комнату, и я слышу звуки капель. Быстро встаю и включаю свет.

Хоши сидела на краю комнаты, прислонившись к углу и хватаясь за колени. Она безостановочно дрожала и что-то бормотала себе под нос. А кровать… была вся в алой луже, отражая жирный блеск.

Я бросаюсь к ней, хватая за плечи:

─ Хоши, ты в порядке?! ─ она продолжает бормотать одно и тоже. Позже я разобрал, что она говорила «прости». А капающие звуки продолжались уже на полу, формируя небольшую лужу ─ мое предплечье было разрезано до основания.

Ничего не говоря ей, я перевязываю руку (хотя рана была очень глубокой). Боль уже не чувствовалась, лишь неумолимая дрожь заставляла беспокоиться, не говоря уже о крови.

─ Расскажи, что случилось? ─ осторожно держу ее руку и стараюсь звучать как можно спокойно

─ Твоя рука… хотела убить меня… она не твоя…

─ Что?

В ответ она лишь отвернулась и спрятала лицо в коленях:

─ Я говорю правду… в этот момент она не принадлежала тебе

─ А сейчас принадлежит?

─ Я не знаю…

На часах было три ночи, а усталость вновь возвращалась.

─ Не волнуйся, я не стану вызывать скорую. Не хочу их неудобные вопросы. Я завязал руку, а значит мы забудем об этом. Считай ничего и не было. Хорошо?

Она растеряно кивает и встает. Мы вместе меняем постель, а боль постепенно возвращается, заставляя руку дрожать, что я изо всех сил пытался от скрыть от нее вместе с кровью, которой целиком пропитались бинты.

Придя в себя, мы легли спать к пяти часам. Снаружи начинало светать. Звезды неспешно растворялись на небосводе, а из окна дул приятный весенний ветер. Так, как мы условно находились в бегах, я не планировал в ближайшее время поднимать тему психического здоровья Хоши с дальнейшей консультацией со специалистом. Все, что нам нужно было, это отдохнуть и поговорить завтра. А спать совсем не получалось.

Заметив, что она заснула, я сидел в раздумьях еще какое-то время. Вспоминал прошлое, которое я отдал ради нее будучи до конца уверенным, что все не напрасно.

Где-то в далеком прошлом, я помню, как мы познакомились. Все было еще с начальных классов, когда мы были маленькими и глупыми, но настолько живыми и энергичными, какими больше никогда не суждено стать. Мне нравились ее рисунки, а ей… по ее словам, моя честность…

Ссылка