Модная болезнь аутизм

Почему это стало трендом?

В последние годы мы все чаще слышим об аутизме. Разные знаменитости признаются в своем «расстройстве аутистического спектра» (РАС), в социальных сетях блогеры рассказывают о жизни с этим диагнозом, а вокруг темы формируются целые сообщества. Уже скептически называют это «модой на аутизм». Так поползли слухи о том, что у Билла Гейтса может быть РАС. 

Хотя в многочисленных интервью и автобиографических книгах Гейтс никогда не подтверждал официального диагноза. Миллиардер достаточно откровенно рассказывал о своих особенностях — социальной неловкости в молодости, манере раскачиваться во время размышлений, гиперфокусировке на интересующих его темах.

Обсуждение возможного аутизма отражает более широкий культурный феномен — попытки переосмыслить нейроотличия успешных людей. Многие видят в его истории успеха пример того, как особенности мышления могут стать преимуществом. Однако даже если бы аутизм был диагностирован, случай нельзя считать типичным. Большинство людей с РАС сталкиваются с серьезными трудностями, которые не компенсируются гениальностью или богатством. О диагнозе мы не знаем наверняка, и, возможно, это не так важно, как его реальные достижения.

Но статистика неумолима, число диагностики случаев РАС растет во всем мире. По данным ВОЗ, сегодня примерно каждый сотый ребенок имеет расстройство аутистического спектра. Для сравнения, ещё 20 лет назад этот показатель был в разы ниже. Но означает ли это реальный рост заболеваемости? 

С одной стороны, эксперты говорят о расширение диагностических критериев — то, что раньше считалось просто странностями характера, теперь распознается как аутизм. Повышается осведомленность, родители и педагоги лучше информированы и чаще обращаются к специалистам. Доступнее диагностика, появилось больше возможностей получить квалифицированную помощь.

С другой, в интернете можно встретить множество само-диагностированных случаев. Люди, испытывающие социальную тревожность или имеющие особенности характера, иногда поспешно приписывают себе РАС. Настоящий аутизм — это не просто застенчивость или нелюбовь к шумным компаниям. Он проявляется с раннего детства и затрагивает все сферы жизни.

Связь между писательским творчеством и аутистическими чертами — тема, которая привлекает все больше внимания литературоведов, психологов и просто читателей. Многие классики и современные авторы либо имели официальный диагноз РАС, либо демонстрировали черты, позволяющие предполагать его ретроспективно.

Есть писатели с подтвержденным диагнозом. Есть классики, у которых предполагают РАС. Это, например, Ханс Кристиан Андерсен. Датский сказочник демонстрировал множество черт, которые сегодня назвали бы аутистическими, неловкость в обществе, чувствительность, склонность к рутине, неспособность понимать намеки. Он мог внезапно уйти в себя посреди разговора, испытывал трудности с обучением, но обладал феноменальной памятью и воображением. Биографы отмечают, что Андерсен всю жизнь чувствовал себя чужим среди людей — состояние, хорошо знакомое многим людям с РАС.

Герман Мелвилл, автор «Моби Дика» демонстрировал интенсивный интерес к узким темам, таки как китобойный промысел, морское дело, а также социальную изоляцию в поздние годы жизни и необычный стиль мышления, отразившийся в его сложных текстах.

Эмили Дикинсон, американская поэтесса вела крайне затворнический образ жизни, предпочитая белые платья, имела интенсивные интересы в ботанике и философия, и уникальный поэтический стиль, который современники считали странным. Многие исследователи предполагают у нее расстройство аутистического спектра.

Льюис Кэрролл автор «Алисы в Стране чудес» известен своей педантичностью, любовью к логическим играм и математике, испытывал определенные сложности при взаимодействии со взрослыми, но легкость в общения с детьми.

Франц Кафка описывал чувство отчуждения, тревожность, имел сложные отношения с собственным телом. Его произведения часто интерпретируют как выражение опыта нейроотличного человека в мире нормальных.

Особенности аутистического восприятия могут создавать уникальный литературный стиль с детализацией и точностью описаний — способностью замечать и воспроизводить мельчайшие детали, употреблять необычные метафоры и проводить аналогии, оригинальное мышление порождает свежие образы. Честность и прямота, меньше социальной маскировки, больше подлинности. Глубокое погружение в темы, интенсивные интересы позволяют создавать фактурные произведения. Иной взгляд на человеческие отношения, «антрополог среди нас».

Но когда мы говорим о писателях прошлого, имеем дело с предположениями, а не фактами. Многие особенности поведения могли быть следствием других состояний или просто индивидуальных черт. Однако сам факт активного обсуждения аутичных черт у классиков показывает, как меняется наше понимание.

Литература, созданная людьми с РАС или с подозрением на него, обогащает мировую культуру особым взглядом на реальность. Чем больше современных писателей открыто говорят о своем диагнозе, тем больше читателей получают возможность увидеть мир через определенную призму.

Из современных Хелен Хоанг, австралийская писательница, автор нашумевшего романа «Синдром Аспергера. С любовью и надеждой». Диагноз был поставлен ей в зрелом возрасте, что позволило по-новому осмыслить собственный жизненный опыт. Хоанг активно выступает за признание нейроразнообразия и пишет о жизни с аутизмом без прикрас.

Наоки Хигасида - японский писатель, которому поставили тот же диагноз, но в детстве. Его книга «Записки аутиста» (2005) стала бестселлером и была переведена на многие языки. Хигасида описывает внутренний мир человека с РАС.

Донна Уильямс (1963-2017) австралийская писательница, художница и сценаристка. Ее автобиографическая трилогия  — один из самых известных примеров литературы, написанной человеком с аутизмом. Уильямс диагностировали РАС в 1990-х годах.

Критики феномена «модного аутизма» указывают на несколько рисков. Это обесценивание реальных проблем людей с РАС, нецелевое использование ресурсов помощи, формирование неверных представлений об аутизме в обществе. Однако специалисты предупреждают, что скептицизм по отношению к этому не должен превращаться в отрицание реальных проблем человека, нуждающегося в помощи.

Феномен популярности аутизма имеет и культурное объяснение. Люди с особенностями развития получают возможность говорить о себе, находить единомышленников и не скрываются. В этом смысле рост числа диагностируемых случаев — не столько эпидемия, сколько результат социальных изменений, становится безопасно признавать себя «другим».

За ярлыком же «модной болезни» часто скрывается сложная реальность людей, которые действительно нуждаются в понимании. Да, самодиагностика в интернете может быть проблемой. Но гораздо хуже, когда человек с реальными трудностями годами не получает помощи, потому что «раньше и так жили». Пишу это все потому, что время от времени приходится видеть, а порой и помогать одинокой соседке, у которой старшая дочь с ДЦП, а сын с аутизмом. Но это уже, как любит повторяет «майор Томин» на пенсии, «совсем другая история».