Я поднимаю свой бокал...

     Глава 7. Я поднимаю свой бокал... 

  Привлечённые испарениями сушившейся на чердаке барабульки, спальный корпус внезапно заполнили полчища зелёных мух и, что было совсем неприятным, зловещих ос. Когда Вовчик прибежал с новостью к Адаму, тот внимательно  его выслушал, после чего, набив беломорину, закурил и перестал реагировать на окружающий мир.  
            Не зная, что предпринять, обеспокоенный Вовчик полез на чердак, чтобы оценить всё на месте, где его и укусила оса. Чертыхаясь, он спустился по лестнице в коридор, где наткнулся на своих бывших соседок по обеденному столу. Вместе с ними была ещё какая-то немолодая женщина, видимо новенькая.
        Увидев на физиономии Вовчика разрастающуюся на глазах опухоль, соседки в ужасе прижались к стене. В ответ Вовчик высунул язык и зашипел, как это делал раптор из фильма, шедшего в летнем кинотеатре пансионата. Взвизгнув, женщины схватились за руки и пустились наутёк.
            Новенькая же, вместо того, чтобы испугаться человека-раптора, неожиданно закричала: "Ты кто такой? Что ты задумал?" и стала бить пляжной сумкой Вовчика по голове. Закрывая голову руками, Вовчик в панике побежал по коридору.   

            В тот же день женщины написали главврачу очередную жалобу на Вовчика, попутно обвинив его в разведении в корпусе мух и ос. Прибывшая на место происшествия Нинель Людвиговна быстро локализовала источник распространения насекомых. Обнаружив на чердаке корпуса длинные ряды висящих на верёвках барабулек, она вызвала по телефону из алупкинского опорного пункта участкового.
            Капитан Закусило служил в алупкинском РОВД уже пятнадцатый год. Благодатный климат и атмосфера праздности, царившая на его участке, в который входил и Мисхор, не способствовала совершению антиобщественных проступков. Может быть поэтому капитан Закусило, несмотря на выслугу, сумел сохранить добродушный характер.
      Приехав на место происшествия на стареньком милицейском УАЗике, Закусило быстро разобрался в сути правонарушения. Поспевающую на чердаке рыбу он конфисковал, составив соответствующий акт. С Вовчиком, стараясь на всякий случай не подходить к нему близко, Закусило провёл разъяснительную беседу.
         Во время беседы участковый предупредил, что, если Вовчик не перестанет пугать отдыхающих в пансионате женщин, то в отношении его будут применены административные меры воздействия, вплоть до досрочного прекращения срока действия путёвки и соответствующего сигнала по месту работы.
         Грустный Вовчик, держась ладонью за раздувшуюся щеку, пытался было выдвинуть встречные претензии, мол, это не он, а, наоборот—  это его женщины избили в коридоре. В доказательство он раздвигал редкие волосы и демонстрировал участковому пострадавшую голову. В конце концов Вовчик со всем согласился и пообещал прямо с сегодняшнего дня стать на путь исправления.    
        С подписанием акта о конфискации рыбы получилась заминка. Нинель Людвиговна Мойзе, будучи одной из подписантов, предъявила свои права на часть рыбы. Закусило в отчаянье разводил руками:
      — Нинель, ты пойми, эта ж рыба почти вся пойдёт Базаряну, ты что, не понимаешь? Я ж и так своим бензином машину заправил, чтобы доехать сюда! Мне же достанутся одни только хвосты!
       — А почему Базарян должен знать, сколько там было рыбы? — резонно возражала Нинель.    
         В конце концов Закусило притащил из УАЗика, над которым уже повисло облако зелёных мух, пакет с частью конфиската, после чего Нинель Людвиговна подписала акт.   

- * -

            Адам сидел за столиком в прибрежном баре "Дельфин" и потягивал пиво. Рядом с ним сидели матрос-спасатель Стас и его коллега Вадик. Они тоже пили пиво и разглядывали певицу, которая в сопровождении напарника, игравшего на синтезаторе-самограйке, исполняла какую-то песню из репертуара Патрисии Каас.
            Несколько рюмок водки, которые перед этим выпил Адам, понадобились ему, чтобы снять стресс, который у него вызвал факт конфискации выловленной им рыбы.
            — Закусило честный мент, — пытался успокоить Адама Стас. — Скажи спасибо, а то ведь он мог составить и на тебя протокол. Пятнадцать минут и всё — протокол, суд, административное правонарушение — пакуй чемодан. Такое уже бывало. 

            В этот момент дверь в бар открылась и в ней показалась Настя. Сзади её под локоток поддерживал Кабан. Настя была в облегающем бёдра коротком красном платье, на высоких каблуках, с переброшенными вперёд через плечо распущенными волосами и с огромными серьгами-кольцами в ушах. Внешний вид Насти не оставлял сомнений о роли женщины в этом мире — делать жизнь, если не более счастливой, то не такой скучной — точно.  
            Головы Стаса и Вадика синхронно, подобно параболическим антеннам станции наведения ракет, стали поворачиваться вслед за идущей между столиками Настей.  
            — Кто это? — спросил Стас.
            Адам с усилием сфокусировал глаза и сказал:
            — Это Кабан. Я ему обломаю бивни.  
            — Да нет, — сказал Стас, — что это за бикса рядом с ним?
        — Это Настя, — сказал Адам. — С нашего корпуса. С третьего этажа. Кабан купил её с потрохами. Бедная девочка...
            — Купил? — нахмурился Стас.
            Адам печально вздохнул.  
            — Да, купил... И настучал участковому.
            — Про что настучал? — спросил Стас.
            — Про рыбу на чердаке! Менты её конфисковали. Всю.
            — Да? — удивлённо протянул Стас. — Ну, это уже западло... Этому Кабану тут быковать никто не позволит.
            —  Я ему бивень давно хочу укоротить... — покачал головой Адам.  
            — Тебе нельзя. Нарушение санаторного режима, — сказал Вадик. —  Я с ребятами поговорю. За рыбу этот Кабан ответит. Завтра же. Но нужно будет ребятам там поставить, ну, пару бутылок водки. И пива. Может, пойти пригласить бэби потанцевать?
        — Она не пойдёт, — махнул рукой Адам. — Кабан купил её с потрохами.
        — Чего это не пойдёт? — сказал Вадик, поднимаясь со стола. — Сейчас посмотрим.
            — Не светись, — остановил Вадика Стас. — Ты и так у Закусило на крючке.
            Вадик с неохотой сел на место, но тут поднялся Адам.
            — Ты куда? — спросил его Стас.
            — Сейчас вернусь.
           Неверной походкой Адам подошёл к эстраде, вынул из кошелька купюру и, протянув её бригадиру, стал с ним о чем-то говорить.
            — Дорогие друзья, — радушно сказал в микрофон бригадир, — эту песню дарит самой красивой девушке на свете Насте её друг Олег!  
      К огромному удивлению Адама какой-то вертлявый мужичок встал из-за своего столика и под аплодисменты посетителей бара стал раскланиваться во все стороны. Адам застыл с раскрытым от удивления ртом.
            На эстраду вышла девушка с микрофоном, бригадир ткнул какие-то кнопки на панели своей самограйки, и заиграло вступление. 

            Я поднимаю свой бокал...

слегка покачивая бёдрами, запела девушка.  
          — Что за Олег? —  спросил Стас, когда Адам вернулся за столик.
          — Студент, —  сказал Адам. —  Эта Настя разрывается между ним и Кабаном. Студент —  талант, а у Кабана кошелёк толще, чем Студент. Бедная девочка...
         — Ну, ничего, —  сжал кулаки Стас. — Мы поможем бэби определиться. И за рыбу Кабан ответит. 

    Не знаю, как кто, но автор тихо тащится от Соколовой