Принцесса воронов — Павел Виноградов

Рассказ Павла Виноградова «Принцесса воронов» — победитель конкурса «Жесть» и нескольких других конкурсов ужасов — вещь, которая пахнет глицерином и формалином даже через экран монитора. И это комплимент. К сожалению, автор, видимо, отключил возможность добавления рецензий, поэтому отпишусь здесь - рассказ-то хороший.

Ссылка на «Принцессу воронов» https://author.today/work/513612

Перед нами исповедь-монолог специалиста по посмертной фотографии, практики, широко распространённой в XIX — начале XX века: покойников гримировали, усаживали в естественные позы, фиксировали глаза и снимали для безутешных родственников как «живых». Для обычного человека это выглядит довольно жутко, а автор берёт это и докручивает до логического предела: а что, если фотограф перестанет ждать «материал» и начнёт создавать его сам? Причём не из садизма, не из корысти, а из служения Искусству — так, во всяком случае, он себе это объясняет.

И вот тут начинается самое интересное. Рассказ написан от первого лица, и голос рассказчика — главное его достоинство. Павел выстраивает маску героя с ювелирной точностью: он — высокомерный эстет, бывший полевой хирург, привыкший к анатомическому театру войны, говорящий о своих жертвах с тем специфическим профессиональным цинизмом, который простителен хирургам. «Тушка», «паршивец», «дурочка» — вся эта лексика намеренно занижена и прекрасно контрастирует с возвышенной самооценкой героя. Он не монстр в собственных глазах — он жрец. Он не убивает — он «создаёт материал». Классическая рационализация серийного убийцы, поданная изнутри, без авторских ремарок и моральных указателей.

Автор доверяет читателю настолько, что позволяет себе не комментировать — и правильно делает. Меня это поначалу довольно сильно обмануло — ну не может человек смаковать такую мерзость, но вторая часть рассказа всё расставила по своим местам.

По структуре рассказ похож на матрёшку: в основное действие (подготовка финального шедевра — фотографии мёртвой «Принцессы» с воронами) вложены флешбэки, каждый из которых — законченная хоррор-история. Трёхлетний мальчик на деревянной лошадке, чей старший брат сходит с ума. Фото для обманутой бабушки, которая приезжает полюбоваться на внучку — и умирает от шока от увиденного. Двойняшки. Аристократка под колёсами поезда. Каждый эпизод — маленький кошмар, да ещё и поданный с таким чернейшим юморком, от которого становится не смешно, а тошно. И это именно тот эффект, которого добивается автор. Ощущение, в последний раз испытанное от «Парфюмера» Зюскинда, не покидало меня на протяжении всего текста.

Отдельная удача — техническая точность. Виноградов не поленился изучить ремесло: глицерин для блеска глаз, фиксация век, работа с мимическими мышцами, магниевая вспышка, длительная выдержка, состав против птиц — всё это создаёт ощущение документальной достоверности, от которой текст становится ещё страшнее. Фактура здесь не декоративна, она работает на погружение. Ты не просто читаешь про маньяка — ты стоишь рядом, пока он орудует пинцетом и шовным материалом, и не можешь отвести взгляд. Жуть и жесть.

Финал — переход от физиологии к мистике — закономерен, но заслуживает отдельного разговора и совершенно не заслуживает спойлеров.

Из недостатков текста я бы выделил, пожалуй, чрезмерную щедрость на флэшбэки. Истории из прошлого великолепны по отдельности, но, накапливаясь, начинают работать против хоррор-атмосферы: эффект шока постепенно притупляется.

А в остальном «Принцесса воронов» — рассказ мастерский и хороший пример того, как писать не только пугающий, но и физиологически неприятный рассказ, скорее, не просто ужастик, а настоящий бодихоррор. Берём реальную малоизвестную, но жуткую для обывателя практику, докручиваем её до упора, прорабатываем мельчайшие детали и практически ничего не объясняем читателю — пусть сам додумывает (и отстирывает штаны).

Победа на конкурсе «Жесть» абсолютно заслужена — рассказ жесток ровно настолько, насколько требует замысел, и ни граном больше. А это, как ни странно, признак сдержанности и вкуса.