Я совершил ошибку, которую срочно нужно исправить!

Look in glass

А я огонь, я серебро и свет,
Я знаю, что меня на свете нет.
(Мирра Лукенглас)

Look in glass. Я смотрю на стекло. За стеклом
В развороте небес померещится птица.
Птицу манит в алмазную пыль за крыло
Свет угасшей столетья назад чаровницы.

Look in glass. Той, чей свет не сгорает дотла,
Чьи ладони хранили тепло до рассвета,
Кто сама себя коротко Бет назвала,
Повстречался однажды охотник. И где-то

Там, где тени ложатся на след у костра,
Где дракон ещё спит в лабиринтах созвездий,
В томном свете Плеяд Млечный Путь до утра
Бет и Ори пройдут рука об руку. Вместе.

Look in glass. Птица вспенит туманность пером,
Тихой строчкой летая у ног следопыта.
Что-то дрогнет у юноши под ребром,
В сердце юноши Бета отыщет орбиту.

***

Look in glass. Там, где память спрессована в свет,
Где столетья стегают коней без оглядки,
Чародейки по имени Бет больше нет...
Но сияние длится и длится... В тетрадке

Возмущенно толкаются строчки. Скрипит
Карандаш, как огонь меж линеек танцуя.
Как смеялась она, выжигает графит,
И как первого ждал следопыт поцелуя.

Я читал про охотника в книге чудес.
И когда обратил он свой меч на дракона,
Расплескавшего пламя по глади небес,
Бетельгейзе
                  уткнулась
                                 в плечо Ориона...

***

Объяснять не хочу. Не смотри за стекло.
Над Воронежем небо в ромашки одето.
Покрывало теней пылью звёзд посекло.
Твои строчки дрожат и сияют. Как Бета.

Авторецензия

Look in glass. Эта фраза переводится с английского как "посмотри на стекло". И одновременно с тем читается как "Лук ин глэс". Лукенглас. Этот билингвизм (двуязычие) первой строки тоже отсылает к творчеству самой Мирры, которая писала:

Я только сон, прошедший стороной,
И по следам огонь идет за мной.
Но лишь во сне я говорю с людьми...
Я голос ночи: FIRE WALK WITH ME

Стихотворение начинается с обращения к Мирре. Она птицей улетает к звёздам, туда, где в созвездии Ориона светит звезда Бетельгейзе.

По астрономическим данным этой звезды больше нет. Она взорвалась. Но её свет по-прежнему летит сквозь космос к нам. И, возможно, будет лететь ещё сотни лет.

Стихотворение в форме баллады рассказывает космическую историю звезды Бетельгейзе и созвездия Ориона, превращая их в миф. Я представил звезду Бетельгейзе как молодую девушку, а созвездие Ориона - как молодого охотника Ори. И постарался рассказать историю их любви, переплетя её с образом тетради, в которой записана их история.

Тетрадь стала аллюзией на поэтический дар Мирры, а Бетельгейзе - на бесконечное желание Мирры гореть и светить, что и выражено в эпилоге: "А я огонь, я серебро и свет,/Я знаю, что меня на свете нет".

Мирра знает, что её больше нет. И Бетельгейзе знает, что её больше нет. Но обе продолжают светить.

В моём мифе Орион защищает Бет от дракона (забвения), давая ей шанс продолжать светить. А она уткнулась в его плечо, ища защиты.
Так и Мирре мы, охотники за талантом, поэты и писатели, помогаем светить, потому что помним её строки.

Концепция конкурса: «Если надо объяснять, то давайте объяснять».

Можно было бы что-то добавить здесь по форме, рассказать и объяснить, что это стихотворение написано четырёхстопным анапестом, разобрать рифмы. Но...

Я в последней строфе ничего не хочу объяснять. И можно уже не смотреть за стекло на созвездия, не искать аллюзий. Потому что строчки Мирры продолжают светить даже после её ухода. Как свет от погасшей звезды продолжает быть маяком в ночном небе.

Возможно, однажды он погаснет и мы перестанем его видеть. Но ведь над Воронежем всё небо в цветах. Как и на этом конкурсе все комментарии в стихотворениях. Кто знает, сколько из них продолжат нести тот свет, в котором будет частичка Мирры, дальше?

Это стихотворение о том, что свет не исчезает. Даже когда источника уже нет.

И если вы дочитали до этого момента, то...

Продолжайте светить.