Глава 4. Чешуя Бамбука. За 140 лет до... Вэлдрин Мор'Шаррим

Кармину надо слушать внимательно: она никогда не говорит то, что думает, но ее нельзя игнорировать по разным причинам. И именно поэтому после её “советов” у меня на языке всегда привкус железа, как после крови. И сегодня меня снова попытались использовать. На Каралисе это всегда выглядит одинаково: чужие письма, чужие планы, чужие “надо”. Нужно улыбнуться, нужно подать руку, нужно помнить, что ты - пешка. И чем тише ты споришь, тем плотнее затягивается на твоей шее ошейник - шелковый, дорогой. В этот раз она сказала про Бамбуковую империю, и попала точно туда, где у меня болит. В знания. В силу. В то, что может помочь мне перестать терять куски себя. После разговора я понял простую вещь: ждать, пока кто-то решит за меня - значит остаться без выбора.  Кармину я выслушал и вышел от неё с мыслью, которую не могу вытряхнуть из головы: пока ты ничего не предпринимаешь, тебя двигают, как фигурку по шахматной доске “из лучших побуждений”. Она не приказывала. Она вообще редко приказывает. Она предлагает так, что предложение становится единственным разумным вариантом. И в этот раз я снова отчётливо увидел, как она попыталась решить свои вопросы моими руками, моей  жизнью. После разговора с Карминой у меня осталось неприятное ощущение, будто мне в руку аккуратно положили намордник и представили его так, будто это очень ценный и дорогой подарок. Всё это должно было заставить меня сыграть в ее игру. Но я не стану, просто возьму то, что мне нужно, и уйду. Я не люблю, когда меня ведет чья-то рука, даже если она в перчатке из шелка и пахнет дорогими духами. Даже если голос мягкий и “желает мне только лучшего”. Тем более, если это так. Кармина слишком хорошо знает, как зацепить предложением, и когда она заговорила о Бамбуковой империи, я увидел возможность. Только ей об этом знать не обязательно. 

Я устал от того, что в моей памяти есть слепые зоны. Я могу вспомнить запах дыма, рисунок трещины на камне, голос, звучавший десять лет назад, но не могу достать самые нужные вещи, как будто их заперли. И каждый раз, когда я пытаюсь взломать эти двери силой, мне становится больно так, будто я ломаю себя изнутри. Я давно перестал верить в то, что мои провалы пройдут сами. От них не устаёшь, к ним привыкаешь, но привыкать к дыре в собственной голове я не собираюсь. Поэтому я решил ехать на Восток, но вовсе не потому что меня туда отправили, не потому что так надо государству, а потому что там другой путь и подход. Там ищут силу не только в зубах, когтях и оружии, а в том, что у нас принято считать бессмысленным: в дыхании, тишине, движении, терпении. В том, что не видно снаружи. Я не хочу больше жить с ощущением, что из моей памяти выдрали кусок и аккуратно зашили так, чтобы не было заметно. Я мог остаться на Каралисе и делать вид, что всё под контролем. Мог продолжать тренироваться, злиться, терпеть головные боли и провалы в памяти, убеждая себя, что однажды оно само пройдёт. Но я слишком хорошо знаю, как заканчивается "само". Я не собираюсь ждать, пока мои провалы в памяти станут для кого-то удобным инструментом. Это не раны на коже, это то, что внутри, и оно болит, когда я пытаюсь вспомнить.  Ну вдруг я все-таки найду способ восполнить свои пробелы? Только бы восточная тишина оказалась хоть немного честнее западной лжи...

Я предпочитаю ошибаться самостоятельно, поэтому ехать в Бамбук - мое личное решение. Восток не обещал мне облегчения. Восток вообще ничего не обещает. Там говорят о Дао. Там учат молчать, двигаться, дышать и не разлетаться на куски, когда внутри тебя живёт зверь. Там всё устроено, чтобы ты чувствовал. Там умеют работать с тем, что внутри дракона, говорят про путь, про дисциплину, про пустоту, которая не пожирает, а очищает. И если хоть кто-то в мире способен подсказать, как закрыть дыру в голове, как перестать терять куски себя, то, возможно, это учителя Бамбука. Только вот моя пустота не из тех, что лечатся медитацией, поэтому есть некоторые сомнения в успехе. Но ведь не попробуешь - не узнаешь? Хуже-то точно не станет. Не должно. Поэтому я еду на Восток, в Бамбуковую империю, туда, где каждый поклон имеет смысл, а молчание - вес. Проверим.
Но есть еще и другое... Там делают вид, что тебя слушают, но на самом деле уже решают, кем ты будешь завтра. Там не любят спешку и умеют ждать, умеют играть "в долгую". Там вежливость не про доброту, она про власть. И чем мягче тебе стелят, тем внимательнее нужно смотреть, куда именно. Оказалось, что там тоже все пропиатно ложью, только она там... другого сорта. Но это ничего. Я приехал сюда не в поисках места без лжи, в конце-то концов. Просто хочу взять под контроль силу, которая во мне растёт, и боль, которая вспыхивает каждый раз, когда я пытаюсь вспомнить, что у меня украли.

Я поехал туда и не за принцессой, не за союзами, а за тем, что может сделать меня цельным, за тем, что у них называют путём. За тем, что помогает удержать зверя внутри головы. И за ответами, которые у меня пока не получается выдрать ни из мира, ни из себя. За тем, что поможет мне стать сильнее и наконец перестать жить с дырой в голове, которая болит, когда я к ней прикасаюсь. Я хочу знаний. Я хочу разобраться с тем, что со мной происходит. Хочу научиться держать себя в руках и не давать никому лезть в мою память. Хочу стать сильнее, чтобы перестали обсуждать мою жизнь за закрытыми дверями.  А если заодно придётся научиться выживать среди вежливых ловушек - что ж. Я и не такое переживал. Никакой опыт и никакие знания не бывают бесполезными. 

Я уже не питаю иллюзий. Теперь я понимаю, что вежливость на Востоке - это не доброта. Это форма оружия. И я собираюсь держать глаза открытыми. Но сидеть в замке и ждать следующего удара еще хуже. Некоторые страны берут тебя силой. Некоторые - законами. Бамбуковая империя берёт иначе: мягко, неспешно, улыбаясь. Там умеют говорить так, чтобы ты сам согласился. Там на тебя не кричат - смотрят. Долго. Внимательно. Как на вещь, которая должна занять своё место.

Бамбуковая империя встретила меня спокойно. Там даже дома будто построены так, чтобы ты помнил: тебя слышат. Там улыбаются так, что хочется проверять еду на яд просто из принципа. Мне говорили о Бамбуковой империи разное: дисциплина, Дао, путь, мастера, которые умеют видеть то, что скрыто даже от самого меня. Мне не нужно, чтобы меня учили быть правильным. Мне нужно научиться быть цельным. Нужно понять, где во мне заканчиваюсь я и начинается то, что кто-то однажды украл.

На Востоке даже воздух другой. Он живой, как будто в нём больше дыхания, роста. И люди там другие. Сдержанные до такой степени, что от их спокойствия хочется выть. Они не повышают голос, не давят, не рычат. Они просто ставят тебя в нужное им место, как декоративную вазу, и ждут, когда ты сам привыкнешь стоять там. Там умеют молчать так, что в этом молчании слышно больше, чем в наших придворных речах. Там учат держать тело, дыхание и разум так, чтобы тебя было сложно сломать снаружи и изнутри. Мне не нужна их философия ради красоты. Мне нужны ответы и контроль. На Востоке есть учителя, которые знают, как дышит энергия, как течёт воля, как держать разум пустым и острым. Есть двор, где даже тишина служит их цели. Есть люди, которые умеют быть приветливыми, но после этого хочется помыться. И есть ощущение, что за каждым моим шагом кто-то следит и ждет подходящего момента. И, как я и думал, оказалось, что знания - это не подарок, а приманка. И чем ближе ты к ним подходишь, тем внимательнее тебя разглядывают те, кто привык владеть драгоценностями.

Я всё ещё думаю, что сделал правильный выбор. 

Если я найду то, что ищу, назад вернётся уже не тот Вэл, которого удобно держать в рамках. Так или иначе, я вернусь другим. Буду тише. Или опаснее. Или и то, и другое.

Глава «Чешуя Бамбука». В этой главе я еще раз убеждаюсь в том, что дружба государств может пахнуть клеткой. Что учитель может быть сторожевым псом, а подарок - поводом спросить цену за то, что тебе... "подарили". И что Восток мало чем отличается от моего двора. Внешне - все воспитанные и приветливые, но внутри - та же самая грязь, манипуляции, попытки в подковерные игры. И здесь на меня тоже смотрят не как на живого, а как на ресурс. Здесь умеют улыбаться так же, как у нас умеют угрожать.

Если вам интересно, как звучит Дао - добро пожаловать. Это глава о цене знаний и о том, как быстро тебя начинают хотеть, когда понимают, что у тебя есть доступ туда, куда нет хода другим. Я ещё не знаю, чем закончится этот путь. Но уже знаю, что улыбки Востока могут быть опаснее клыков.

Вэлдрин Мор’Шаррим