Субботний отрывок: выпуск 130

— А-Син! — окликнул он, но та не ответила.

Пришлось нагнать и невежливо дёрнуть за рукав. Только тогда Ань Син остановилась и сухо поинтересовалась:

— Зачем ищешь меня?

Взгляд подруги детства выглядел равнодушным, а лицо походило на маску безразличия. Всё вместе показалось Сюэ Цзяну ковшом холодной воды, выплеснутым за шиворот.

— Жетон хозяйки дворца Дафэн вскружил голову? — съязвил он, не сдержавшись.

Ответом послужил чуть насмешливый, но в целом такой же невозмутимый взгляд.

— Если в тебе жетон командующего укрепил бесцеремонность, то почему отказываешься принять мои недостатки? Это крайне ограничено с твоей стороны, Цзян-эр.

Она всегда была острой на язык! Про таких говорят: что ни слово, то удар меча. Сюэ Цзян недовольно скривился, уязвлённый её неприкрытым высокомерием.

— Знаешь ли, что задела своего мужа?

На этот раз взгляд Ань Син казался долгим и палящим, словно вспышка молнии в бурю.

— Не правильнее ли Богу Войны самому прийти и объясниться? На переговоры посылают равных. Таковы правила дипломатии.

Сюэ Цзян ощутил себя перенёсшим безжалостный удар под дых. Несколько раз судорожно ухватив ртом воздух он подумал, что теперь Ань Син не просто остра на язык, она совершенно беспощадна в речах. Это разрывало дружескую связь между ними, выдирая ту из сердца по живому. Но хуже другое. Такая наблюдательная небожительница, как она, не могла не знать, куда бьёт!

— Хорошо… Очень хорошо! Хочу увидеть, чем ты закончишь, А-Син. Но скажу тебе, как друг. Пренебрегать желаниями Бога войны крайне опасный ход. А противоречить ему на глазах у других небожителей — вовсе безумие.

Ань Син улыбнулась. Всё так же высокомерно, как если бы говорила с чужаком.

— Нет власти выше, чем Нефритовый император. Возможно, твоему новому господину стоит задуматься не рискует ли он сам? Не только собой, но и всем кланом Асюло. Спроси у него при случае, Цзян-эр: стоит ли гордость высшего небожителя такой бесценной жертвы?

Она определённо решила укусить больнее! Сюэ Цзян сжал кулаки, как перед поединком. А затем передумал бороться. Говорить и убеждать можно лишь того, кто готов услышать. Ань Син же сейчас выглядела слепым и глухим истуканом, весьма довольным золочёным помостом, на который её водрузили.

Что определяет благородного мужа? Благородный муж знает, когда действовать, а когда отступить. Он следует принципам и имеет решимость. На этом держится его характер. Сюэ Цзян вежливо поклонился.

— Тогда не смею задерживать Владыку-стража.

Он сделала всё, что в его силах: три шага навстречу, но ни одного ответного! Между ними опустилась непроницаемая стена, возведённая из горного льда. Если Ань Син считает себя правой во всём, пора развернуться и уйти. В конце концов, каждый выбирает себе путь сам. И несёт последствия тоже в одиночку.

— Новички стремятся забрать, как можно больше фигур, пытаясь уничтожить противника. Из-за этого они и проигрывают. Чтобы победить, нужно немного уступить. Но, чтобы понять, сколько можно отдать, требуются навыки. Уважаемый Бог войны совсем не похож на новичка. Ему нельзя быть беспечным.

— Но ты едва ли не своими руками толкнула его под карающие молнии! — вспылил Сюэ Цзян.

— Иногда лучше использовать собственную спину, чем головы целого клана… Оставь, Цзян-эр! Это выше твоего понимания.

Прощальные слова Ань Син выглядели абсолютно морозными, словно спустились с вершины Шэньчжиянь вместе с несуществующим там снегом.

Сюэ Цзян долго смотрел ей вслед, а на сердце распространялась жгучая горечь полыни. Старые связи разорваны безо всякого сожаления. Не слишком ли высока цена у нефритового жетона хозяйки дворца Дафэн?

Если положение высшего небожителя основано на отречении от себя прежнего, то разумнее никогда не подниматься по ступеням совершенствования!