#субботний отрывок

«Окаянные фантазёры! — когда-то в шутку ругался сорокалетний Вадим Романович. — Ради красного словца готовы прийти в гости к официальной физике и, не стесняясь, заглянуть на тысячелетия вперёд. И всё ради того, чтобы придумать нечто дельное и интересное для литературы. А мы, профессионалы, затурканные теориями, законами и прочими научными шорами, не можем заглянуть в завтрашний день».

В непринуждённом общении с этими, не от мира сего, людьми, он уже тогда черпал вдохновение и отделял зёрна от плевел. Искал и находил в фантазиях разумное и потенциально вероятное даже среди абсурда и откровенной ереси, забиравшихся в горячие головы молодых и немолодых писателей. За эти учёные «коварства» профессор и получил прозвище «Трой», а не только за ассоциацию с редкой в России фамилией.

Троянец Триярус, однажды приглашённый в узкий круг адептов научной и «космо-оперной» фантастики, так и остался резидентом от официальной науки, а заодно охотником на идеи. Причём, преуспевшим. Некоторый «литературный бред» наводил-таки Вадима Романовича на разумные и продуктивные идеи.

После «пришествия» интернета, доктор наук не раз связывался с сообществами писателей, которые сам же и создал. То есть, разбил единый и бесформенный организм генераторов идей на «тёмных», «светлых» и «серых».

Часть писателей-фантазёров «притушила свет звёзд», то есть, свято верила в полную самостоятельность человека от Бога, Высшего разума, соглядатаев-инопланетян. «Перешедшие на тёмную сторону» даже собственные фантазии считали гениальными и уникальными.

«Светлые», наоборот, верили, что всем и вся руководит Бог, Высший разум, те же пришельцы. Кто угодно, но только не человек, от которого никогда ничего не зависело и не зависит. А, следовательно, всё, приходящее в головы «разумных», не от них самих.

В категорию «серых» попадали не только не определившиеся с ориентацией фантазёры, но и так называемые «кардиналы». Кардиналами могли стать и официально признанные фантасты, и законодатели моды на новые крайности «художки», и никчемные «генераторы потоков сознания», заполонившие просторы интернета.

Сначала никакого противостояния или враждебности между писателями не было, но потом онлайн-прения превратились в трения, и, в конце концов, переросли в холодную «войну поисков истины».

В войне профессор не участвовал, утверждая: «Истина всегда между. Она, как паста в тюбике бытия. Чтобы явить её миру, нужны разные взгляды, разные силы и разные направления, а не ваши ультиматумы и догмы».

Для поисков этой самой истины и послал Вадим Романович верного аспиранта в гущу воинствующих кланов, понадеявшись, что в одном из них «завалялась» не только критическая статья с упоминанием о горе-графомане, но и его пророческий рассказ.

Оставалось дождаться разрешения посещений или, хотя бы, допуск к телефонной связи. Об интернете профессор не мечтал, с самого начала решив действовать только через доверенного «возмутителя спокойствия».

«Вдруг, тряхнёт так, что не только песок посыплется, но и душа отлетит? Пусть молодёжь сама расхлёбывает инопланетные страдания. Так будет правильно», — думал профессор, проваливаясь в наркотическое забытьё на госпитальном ложе для беспокойных выздоравливающих... кандидатов в киборги.