Торговля не убивает. А ожившие скелеты - да!

— Торговля не убивает, — ответила Ония. — Если ты хочешь продавать то же, что и другая сторона — Улерин, да?

— Угу, — кивнул я.

— Тогда в Пакшене и Мордине не пострадает никто.

— Улерин может сделать так, что кто-то пострадает.

— Разве в том будет твоя вина?

Последние слова зазвучали эхом. Я хотел подчинять земли и селения, но боялся последствий. Я понял это буквально только что. Заречье почти само пришло ко мне, его никто не попытался отбить полноценной войной.

Но какой мандраж был, когда армия врага пошла на Южный форт и наш лагерь? Когда Мордин атаковал Простор? Прийти, потратить время и ресурсы, но не получить результата. Возможно, это было страшнее, чем гибель людей? Или я так и не понял, чего именно я боялся? Чувства вины?

— Бавлер, пойми, мой отец не так плох. Он может работать, а держать его узником…

— Прямо сейчас я не могу решить судьбу твоего отца, Ония.

Девушка вздохнула, и я поспешил ее утешить.

— За лето — да. Решу. Он будет жить, это я тебе обещаю уже сейчас.

— Спасибо, — прошептала она, подняв глаза на громаду леса, который высился перед нами. В свете луны ее глаза блестели от слез, а чувствовал себя неуютно до крайности, и протянул руку, сжав ее ладонь.

— Послушай, Ония, — я вдруг ощутил, что в горле пересохло. — Я бы хотел сказать тебе, что все будет хорошо, но я пока этого не знаю. И потому — страшно. Вокруг нас — враги. Нас самих — мало. Даже нарушая правила этого мира, мы можем не справиться со всеми. Если вдруг тебе, как и Латону, не нравится мир с Пакшеном, я все равно считаю, что так лучше. Хотя бы год спокойствия. Тишины. Подготовки. Если на нас нападут, мы будем готовы, когда за год сможем создать броню, оружие, машины… знаешь, почему Крали сами по себе? — и, не дожидаясь ответа, продолжил: — У них есть возможность производить стрелы в огромном количестве.

— Бавлер… — попыталась ласково перебить меня Ония, но я уже вошел во вкус.

— Поляны на холме, их трудно взять, даже когда в селении останется сотня человек. Пакшен окопался, все готовятся. И мы готовимся, но я…

— Бавлер, — уже настойчивее произнесла Ония, и я точно очнулся ото сна: лес снова зашумел, занялся звуками. Издалека слышалась деревня Южная.

— Да?

— Успокойся, — мягко произнесла она.

— Хорошо, — я кивнул для уверенности. Девушка почему-то оказалась чуть ближе, чем я того ожидал. Наши губы соприкоснулись.

Молния из моей руны не била так сильно, каким током пронзило меня от ее прикосновения. Губы Онии оказались мягкими, а я поймал себя на мысли, что не хочу от них отрываться. В них было все: успокоение, надежда, будущее.

— Все будет, — сказала она, когда сама отступила от меня. И даже улыбнулась, почти рассмеявшись: — Никогда не видела у тебя такого выражения на лице!

— Какого? — удивился я.

— Разочарованного, — девушка быстро взяла себя в руки. — Пошли обратно в город. Мне здесь неуютно.

Она замолчала, и я услышал, что лес тоже затих. Только что звучащий, он вдруг онемел.

— Согласен, — я сжал ее руку, своей, а другую положил на оголовок меча.

В лесу хрустнула сломанная ветка. Зашуршало что-то, похожее по звуку на землю, когда ее ссыпают из телеги.

Я заслонил собой Онию, развернувшись к лесу лицом. Девушка отступала лишь потому, что я давил на нее спиной.

— Беги, — хрипло вырвалось у меня, когда из леса вышел первый скелет.

https://author.today/reader/431035