Темное фэнтези\Писательский апрель и 4-7 вопросы от Дарьи Нико (флешмоб)

В конце вопрос к читателям поста!

4 - Чего не умеют ваши главные герои, несмотря на то, что они очень главные и очень герои?

Несс не умеет играть чужую роль. Пока что, но она научится. Наверное :)
Сеймариль не умеет смиряться,
Сильнара - видеть в людях темные стороны,
Гатари не умеет принимать свою неправоту.

5 - Должно ли зло быть обязательно наказано в конце вашей истории?

А что есть зло? Может быть это антагонист главного героя? А если антагонист прописан также хорошо, как и главный герой, а может он вообще второй главный герой? (антигерой) А если ему уделяется столько же или больше экранного времени?
У меня в книге нет понятия однозначного зла, я очень очень старалась это передать в своих персонажах... Соответственно однозначно не могу ответить на этот вопрос.
Кроме всего прочего, вряд ли будет хэппи энд в конце, по крайней мере для части персонажей. Однако! я скажу, что я очень, как читатель! хочу хэппи-энд для своих персонажей, но как писатель не уверена, что могу пообещать его. Все-таки жанр и тема обязывают...

6 - Кому нельзя читать ваши книги? Под какую категорию читателей вы не попадаете?

-Любителям доброты и светлости, простых и понятных историй, хэппи эндов.

-Любителям однозначно светлого героя, однозначно темного героя - практически каждого, даже второстепенного персонажа я пыталась прописывать так, чтобы его поступок можно было истолковать с двух сторон - оправдать и обвинить его. Исключение составляют, ну может быть парочка персонажей из всех.

-Любителям быстрого экшена и смены локаций. У меня практически вся арка одной из веток в книге посвящена путешествию героев по проклятому лесу\деревне.

-Тем, кто не переносит описание жестокости. У меня есть сцены изнасилования (но без физиологических подробностей), есть описания расчлененки, трупов.
 
-Тем, кто не готов к большим формам произведений и долгой истории. Первый том планируется на ~1млн символов (почти дописан), будет еще 3-4 тома в каждом примерно по 400-500 т.символов

-Тем, кто любит линейные, простые и понятные повествования. У меня две ветки (одна из которых долгое время в прошлом но с другими персонажами) + подветки + флешбеки + показ сцен эпизодичных или второстепенных персонажей. Все они будут влиять на сюжет.

7 - Весна идет, душа поёт. А ваши герои поют? А если не поют, то может играют на музыкальных инструментах? Покажите музыкальный отрывок.

Вот честно скажу, я не особо люблю когда музыке уделяют какое-то особое внимание в книгах. Не люблю "музыкальные" жанры. Но! у меня имеются "музыкальные" персонажи. Так, один из самых светлых второстепенных персонажей в книге - Сильнара - обладает чарующим голосом, который завораживает многих - и женщин и мужчин - и нет, здесь нет магии, просто вот такой она уродилась. Многих - не значит всех.

Приведу отрывок:

Она только что закончила петь. Песня была простой, известной, о первом ростке, пробивающемся сквозь весенний лёд. Но в её устах даже эта простота обрела невыносимую, хрустальную чистоту. Голос Сильнары не был просто мелодичным. Он был… волшебным. Не в смысле магии — её дочь, к сожалению, не проявляла и намёка на родовой дар. Он был волшебным, как чистейший родник в мёртвой пустыне: явление настолько редкое и прекрасное, что от него сжималось сердце.

«Жаль», — промелькнула у матери мысль, быстрая и острая, как лезвие стилоса. «Жаль, что ты не такая, как мы все.»

Она смотрела на фарфоровый профиль дочери, на лавандовые волосы, ниспадающие водопадом, на длинные ресницы, отбрасывающие тени на щёки. Сильнара была прекрасна даже для эльфийских стандартов. Но её красота была другого рода. Не холодное, отточенное изящество воина или интриганки, не интеллектуальный блеск учёного. Это было очарование существа, не знающего о своём совершенстве. Наивная девушка. Добрая до… до слабости. Слишком открытая. Слишком романтичная. В её рубиновых глазах не было того расчётливого огня, что горел в глазах её сестёр. Там жили лишь искреннее восхищение миром, тихая радость и какая-то тоска по чему-то, чего даже она сама не могла назвать, чего никогда не видела и знать не могла. 

— Матушка, тебе понравилось? — обернулась Сильнара, и её глаза засияли ожиданием простой, детской похвалы.

Мать клана Фассилей позволила себе мягкую, едва заметную улыбку.
— Было прекрасно, дитя моё. Теперь спой «Лунный хрусталь».

Лицо Сильнары озарилось такой радостью, что на мгновение комната будто стала светлее.
— О, это одна из моих самых любимых! — воскликнула она, и уже не было в её голосе певческой выверенности, только чистый, звонкий восторг.

Она снова повернулась к окну, будто ища вдалеке тот самый хрусталь, и запела.

Мать закрыла глаза, вслушиваясь. Песня была старой, сложной балладой о потерянном артефакте и вечной разлуке. Технически Сильнара исполняла её безупречно. Но не в технике было дело. Она впускала песню внутрь себя. Каждая печальная нота, каждое слово о тоске звучали так, будто это была её собственная, ещё не осознанная боль. Она не просто пела о разлуке — она будто предчувствовала её всем своим существом.

«Жаль», — снова, настойчивое подумала мать, уже не отгоняя мысль. —«Приходится так ограничивать, прятать тебя. От всех.»

Есть более буквально музыкальный отрывок, где упоминаются слова песни.

Бард, который во время потасовки спрятался где-то за стойкой, теперь снова сидел на своём месте – невзрачный мужичок с обветренным лицом и изящными руками музыканта, так не подходящими к его лицу. Он перебирал струны, и из-под его пальцев лилось что-то лёгкое, почти невесомое. Не печальное – скорее меланхоличное, как воспоминание о чём-то хорошем, что было давно и, может быть, не с тобой. Голос у него оказался неожиданно чистым, без хрипотцы, без надрыва – просто голос, который рассказывал историю.

Возьми мою руку, идем
В место где мы душой отдохнем.
Присядем, там так тепло
Покажется, что одни мы здесь, но...

Нмалия замерла. Она не знала этой песни, никогда не слышала, но что-то в ней цепляло. Не слова даже – то, как они ложились на душу.

Я носился кругами, я ранил себя
В поисках предназначения.
Это было напрасно, не заслуживал я,
Но для меня ты была так прекрасна.

Астария перестала жевать. Отставила кружку и просто слушала, глядя куда-то в сторону барда, но не видя его. Нмалия видела её лицо краем глаза – такое расслабленное, такое... живое. Без той вечной игры, без улыбок для чужих. Просто Астария, слушающая музыку.

Я бы отдал всё, лишь бы быть с тобой вечность
Ведь лишь это даёт мне уверенность, что стоит терпеть.
Я бы отдал тебе своё сердце, чтобы его ты хранила,
Я бы отдал тебе и свою душу, но ее уже продал.

Песня текла дальше, и Нмалия ловила себя на том, что песня эта была про что-то важное. Она не продавала свою душу никому, но слова казались очень трогательными и красивыми. И они несомненно были про них обеих.

Я помню карие глаза,
Такие печальные....и синие небеса,
Превратившиеся в темноту и ночь.
Я устал сражаться.

Нмалия повернулась к сестре. Посмотрела в её глаза – карие, такие же, как в песне.

– Аста, – сказала она тихо, почти шёпотом. – Это про тебя.

Астария моргнула. Открыла рот, хотела что–то сказать, но передумала. Закрыла. И снова уставилась на барда, но теперь уже иначе – будто искала в его лице ответ.

Я не вздохну, пока ты не дышишь.
Моя кровь не прольётся раньше твоей.
Меня не будет, если тебя не будет.
Лишь когда меня не станет, я смогу уснуть.

Эти строки Нмалия запомнила. Отложила в сердце, как самое дорогое, что слышала в жизни. Она не знала, почему именно они, но они легли туда, где обычно была только усталость и пустота.

Я ушёл прочь –
Я видывал времена получше, чем вчера.
Как тяжело сказать,
Что всё наладится, что все не зря.

Песня кончилась печальнее, чем можно было предполагать. Бард поклонился под жидкие хлопки, кто-то крикнул «молодец», кто–то попросил ещё, но Нмалия уже поднялась.

Пишите, узнали ли вы, что это за песня?) Перевод одной из песен достаточно известной зарубежной группы.

Заинтересовала ли вас Сильнара и ее история? или может быть кто-то из других персонажей?

Как считаете, должны ли быть в темном фэнтези "просветы"?