Герои и автор, день 15-20

Продолжаем участвовать в челлендже от Радислава Лучинского (https://author.today/post/815474), и снова полный список вопросов: 

15. Кому из персонажей я дал(а) самую крутую способность. 

Ответ будет довольно неожиданным. 

Это Дейлан Рыжий из "Граней чести". 

Да, на фоне Короля Демонов, Бога Войны, Темного Мессии, Короля-Колдуна, - самую крутую способность получил простой разбойник. Я говорю о Камне Бедствий - реликвии, позволяющей украсть что угодно. 

Непонятно, почему это так круто? Дело в том, что действие Камня - СЕМАНТИЧЕСКОЕ. Он не ограничивается материальными ценностями: что угодно - значит, что угодно. 

На протяжении сюжета Дейл неоднократно крадет чужие магические силы. Однажды спасается из ловушки, украв у птицы способность летать. Его эпический подвиг - упокоение призраков ценой собственного превращения в нежить после смерти: он попросту УКРАЛ У НИХ НЕУПОКОЕННОСТЬ. 

Злодей, весь сюжет стремившийся заполучить эту силу, добившись под конец своей цели, использовал её, чтобы узурпировать власть (он украл власть у короля - и двор признал его правителем несмотря на отсутствие каких-либо прав наследования) и продлевать жизнь за счет отнятия жизненной силы у других людей. А первоначальный обладатель Камня и вовсе... основал королевство, украв у него Небытие. 

16. Персонаж, за которого переживаю больше всего. 

Ну, не то чтобы переживаю (я-то знаю, чем все закончится), но историю Инь Аосянь из "Остывшего пепла" мне местами было писать довольно тяжело в эмоциональном плане. Особенно арку "Аромата Лилии". 

На долю Аосянь выпала утрата сил, рабство в борделе, избиения, унижения, попытка изнасилования, казнь небесными молниями. Её предавали столько раз, что когда важным фактором развития любовной линии становится фраза "Он никогда меня не предавал" - это действительно выглядит как ВЫДЕЛЯЮЩАЯ героя черта. 

17. Чью смерть (Или уход из истории) я пережил(а) тяжелее всего. 

В "Цене ненависти" я решился на смелый эксперимент. 

Я убил главного героя в середине книги. 

Да, под конец я его воскресил (в новом качестве - Темного Мессии и Вестника Конца Времен). Но на тот момент Ингвар действительно умер. 

Причем это было нелегко, не только в эмоциональном плане. Учитывая, что это ИНГВАР, ему приходилось последовательно отсекать возможности к спасению. 

Он обыщет тело Бернара и заберет ключевую улику против себя? Нет, проклятые тени, обезумевшие от крови, накинутся на него, и ему будет не до обысков. 

Он откажется подчиняться королевским войскам, пришедшим его арестовывать? Нет, они будут угрожать его жене, и он пойдет с ними для её спасения. 

Он составит хитрый план и спасется с казни? План-то он составит, только вот никто не станет дожидаться казни: его отравят по дороге. 

Причем отравит единственный друг. 

18. Персонаж, с которым мне как автору труднее всего работать. 

Маркиз (впоследствии король) Амброус Идаволльский из "Сердца бури". 

Трудность работы с ним в том, что это по сути два разных образа - то, каким он кажется, и то, каков он на самом деле. 

Он должен выглядеть идеальным принцем, благородным рыцарем, в которого Лана влюбилась без памяти. Но во втором томе раскрывается, что на самом деле это безжалостный манипулятор, властолюбец и отцеубийца, благородный образ создающий намеренно и рассчетливо. Описывать его "фасад", зная его истинную сущность, было сложно. 

Получилось ли? Отчасти. До второго тома никто или почти никто не догадался о его настоящем характере - это плюс. Но минус - то, что в отзывах на первый том его обычно называли скучным, унылым праведником, теряющимся на фоне ярких антигероев Килиана и Тэрла, и вообще, непонятно что Лана в нем нашла. 

19. Персонаж, роль которого в сюжете изменилась. 

Хен Чанмин из "Остывшего пепла". 

Я задумывал его как своеобразную антитезу главному герою; персонажа, ослепленного собственной праведностью, убежденного в своей правоте и не желающего разбираться в деталях. 

"На память" об этой задумке осталась сцена, где он бросает Аосянь без помощи в борделе, - потому что будучи Небожителем, он вообще не в курсе, что такое бордель, он просто видит, что она живет в роскошном доме, красиво одевается, ест досыта, - и не видит, что она из последних сил сдерживает слезы. 

Однако в первоначальной задумке этим дело не ограничивалось бы. Когда Аосянь связалась с Королем Демонов, он должен был остаться в убеждении, что подобное невозможно иначе как через промывание мозгов, - и никакие ее попытки убедить его не возымели бы успеха. Он должен был возглавить разжигателей войны от Небесного Царства и стать вторым Ху Цзиньпьеном (поэтому в первом буктрейлере кадр с Хен Чанмином во главе армии зеркалит кадр с Байху Сяо - разжигателем войны от Демонического Царства). И в итоге погибнуть в решающем сражении. 

Однако во втором томе Чанмин показал неожиданный личностный рост. Хотя он остался слабым в волевом плане, неспособным на решительные действия, - он все же смог прислушаться к Аосянь, отказаться от притязаний на неё (и сойтись с более подходящей ему Синьяо), и даже со скрипом терпеть присутствие Ичэня. Да, в итоге он все же присоединился к разжигателям войны, - но он присоединился к ним как ДВОЙНОЙ АГЕНТ, исполняющий план Ичэня и Аосянь. 

А в эпилоге его сын пообещал жениться на их дочке. 

20. Если бы я мог(ла) предупредить одного персонажа об одной вещи, что бы это было. 

Килиан, когда Лана соберется выходить за Тэрла, хватай её в охапку и не отпускай.