Апрельский флэшмоб, день 17

17 апреля - Весна это красота. Признавайтесь, кто у вас самая красивая барышня и кто у вас самый красивый джентльмен? Есть описания и генерации? Несите!

Их есть у меня.) Самая настоящая волшебная красавица... которая позже получает проклятье и превращается в чудовище. Самое красивое на свете.

Ее мать была доброй женщиной. Однажды, уже будучи глубоко беременной, она увидела маленькую фею, застрявшую в терновом кусте. Она освободила кроху, но маленькое платьице феи было изорвано в клочки, и она горько расплакалась. Мать Шарлотты была швеей и, достав иголку с ниткой, быстро все починила. Фея была так счастлива, что пообещала доброй женщине новый, удачный брак с богатым и любящим мужчиной: отец Шарлотты был человеком грубым, жестким и любил закладывать за воротник. Та отказалась: какой-никакой, а все же муж. Сама выбрала.
– Пусть лучше моя доченька родится и вырастет первой красавицей нашего города. Хочу, чтобы волосы у нее были золотые, а глаза – зеленые и яркие, как изумруды. Чтобы все знали, что она – не простушка какая, а самая настоящая принцесса! И чтобы жених у нее был красавец, достойный ее!
– Хорошо. Ее красота будет столь велика, что никто не сможет отвести от нее глаз. А любой мужчина, которого она полюбит, станет таким же красивым, как она сама. Но и тебя я не обделю: ты спасла меня и заслуживаешь счастья для себя, а не для других.
Отец Шарлотты бросил пить, а без выпивки оказался до того толковым работником, что вскоре разбогател. Выстроил новый просторный дом, избавил жену от нужды работать, нанял служанку, а потом кухарку и горничную. Он стал нежнее относиться к жене и души не чаял в дочери, считая ее своим талисманом. Соседи наперебой старались подружиться с их семьей.
Шарлотта росла в достатке. Мать наряжала ее как куколку и любила вместе с ней гулять по городу, ловя восхищенные и завистливые шепотки.
– Ты у меня принцесса, – говорила она, расчесывая золотые волосы дочери, – каждый мечтает быть рядом с тобой. Но выбирай не спеша: ты – лучшая и получишь самого лучшего жениха. А остальные пусть трудятся ради твоей улыбки. Эдакой красавице услужить – уже за счастье будет!

.....

Шарлотта улыбнулась. В ее зеленых глазах появилось что-то жуткое, стылое, как грязный весенний лед в Рейнпорте.
– Рики так старался сделать из меня чудовище, что у него получилось. Учитель от бога, что вы хотите. Он отчего-то думал, что право на месть есть только у него, оскорбленного и обманутого. Что ж, в некотором роде это и не было местью. Это был ужин.
– Ужин? – медленно переспросил Льюис.
– На который я пригласила своих новых друзей. Рейвен часто использовал меня как приманку. Красивая девушка одиноко бредет поздней ночью по небезопасному кварталу. Конечно, за ней кто-нибудь да увяжется. Однажды, глядя на очередное остывающее тело, я спросила Рейвена, почему Вороны не нападают на дома. Он ответил, что это долго, неудобно и нет гарантий, что хозяева дома. Соседи могут услышать и позвать Рыцарей. Тогда я предложила посетить один подходящий дом: стоит на отшибе, хозяин всегда рано ложится спать, а запасной ключ хранит в горшке с уличным цветком. Попросила только позвать побольше Воронов. И разбудить Рики, чтобы он видел и понимал, что с ним делают. Я взяла в руку свечу, чтобы он мог меня разглядеть. Как он перепугался! Все умолял меня, чтобы я остановила остальных, каялся, клялся исправиться, твердил, что я добрая и так с ним не поступлю… а Вороны ели. Я хотела сказать ему напоследок что-нибудь остроумное, подобное той фразе про мою душу, но это было бы слишком похоже на него, понимаете? Так что я просто молча держала свечу и смотрела, как Рики умирает.
Льюис рвано вздохнул.
Жестоко. Что там говорил Сольвейн? Что в Шарлотте есть что-то страшное, но это трудно объяснить. Она отняла чужую жизнь, сознательно, из мести. Но может ли он осуждать ее? Рики не получил бы наказания за свой поступок, если бы она не взяла дело в свои руки.
– Рейвен не спросил тебя, зачем все это нужно?
– Он спросил, почему я отказалась есть со всеми. Пытался меня заставить, но я уперлась и не стала. Побрезговала. В убежище мы поссорились, и я все ему рассказала. Он хмыкнул и сказал, что я поступила правильно, он бы тоже разобрался с ублюдком, но это не повод отказываться от еды. И что я – самое красивое чудовище на всем белом свете. А однажды стану еще красивее: у меня будут черные когти и крылья, на которых я буду летать в небесах, как птица. Не обманул. Люблю мужчин, которые не болтают попусту.
Шарлотта выпустила когти, полюбовалась ими и довольно улыбнулась.
– Я снова красива, правда ведь, повелитель?(с)"Время Воронов"