Николай Второй глазами ближайших соратников

Кликабельный вышел заголовок? Особенно учитывая мифологию про этого человека в определённых кругах, особенно после того как американцы из Зарубежной Православной церкви в 90-х годах смогли купить ему место в пантеоне как страстотерпца. Если что всем известно, что мало быть убитым царём, чтобы стать страстотерпцем, убить должны большевики. Если убьют как Павла Первого по заказу из Лондона, то никких страстотерпцев, сам виноват.  В общем, вокруг имени Николая Романова мифов много, особенно как он на самом деле всё время думал о народе.

Утром мажу бутерброд 

Сразу мысль: а как народ? 

И икра не лезет в горло,

И компот не льётся в рот! 

На самом деле неудобные вопросы к нему начались задолго до коронации, пьяница, бабник и золотая молодёжь был, по воспоминаниям кузена Александра, к слову ближайшего приятеля будущего императора. Но вернёмся именно к трагедии на Ходынском поле. Начиная с которого царь, собсвенно, и заслужил и отношение к себе народа, и пулю, и остальное.

И обратимся к тому самому Великому Князю Александру Михайловичу, которого в симпатиях к большевикам и продвижению советско-антимонархической точки зрения не обвинишь. Разговор случился утром 27 апреля 1896 года. До коронации 14 мая больше двух недель.

- Ты уверен, Ники, что дядя Сергей понимает трудность ситуации?
- Конечно, да. Пожалуйста, Сандро, постарайся быть справедливым к дяде Сергею.
- Я справедлив, Ники. Но я также помню, как беспокоился в подобной ситуации твой отец. Он лично проверял каждую деталь. Думаешь, легко раздать подарки полумиллиону людей, собравшихся на поле, которое по сути дела и не приспособлено к таким толпам? И еще. Подумай обо всех этих агитаторах, которые рады будут воспользоваться такой возможностью создать беспорядки.
- Я верю, Сандро, что дядя Сергей знает все это ничуть не хуже тебя, а то и лучше.

Дальше цитирую запись из дневника Николая Второго.

До сих пор все шло, слава Богу, как по маслу, а сегодня случился великий грех. Толпа, ночевавшая на Ходынском поле в ожидании начала раздачи обеда и кружки, наперла на постройки и тут произошла страшная давка, причем, ужасно прибавить, потоптано около 1300 человек!! Я об этом узнал в 10 1/, ч. перед докладом Ванновского; отвратительное впечатление осталось от этого известия. В 12 1/, завтракали и затем Аликс и я отправились на Ходынку. Собственно там ничего не было; смотрели из павильона на громадную толпу, окружавшую эстраду, на которой музыка все время играла гимн и "Славься". Переехали к Петровскому, где у ворот приняли несколько депутаций и затем вошли во двор. Здесь был накрыт обед под четырьмя палатками для всех волостных старшин. Пришлось сказать им речь, а потом и собравшимся предводителям дворянства. Обойдя столы, уехали в Кремль. Обедали у Мама в 8 ч. Поехали на бал к Мontebello. Было очень красиво устроено, но жара стояла невыносимая. После ужина уехали в 2 ч.

И вот тут начинается современное мифотворчество, мол, царь не знал, у него рассписание, порядок торжество, ругать нельзя, а что он должен был делать? Ну и так далее.

А теперь дадим слово великому князю Александру Михайловичу:

Пять тысяч человек было убито, еще больше ранено и искалечено. В три часа дня мы поехали на Ходынку. По дороге нас встречали возы, нагруженные трупами. Трусливый градоначальник старался отвлечь внимание царя приветствиями  олпы. Но каждое "ура" звучало в моих глазах как оскорбление. Мои братья не могли сдержать своего негодования, и все мы единодушно требовали немедленной отставки великого князя Сергея Александровича и прекращения коронационных торжеств. Произошла тяжелая сцена. Старшее поколение великих князей всецело поддерживало Московского генерал-губернатора.
- Ты что, не видишь, Ники, - сказал ему дядя Алексей, - что Михайловичи опять играют на руку радикалам и выступают на стороне революции. А на самом деле просто хотят сделать генерал-губернатором одного из своих.

Мой брат, великий князь Николай Михайлович, ответил дельной и ясной речью. Он объяснил весь ужас создавшегося положения. Он вызвал образы французских королей, которые танцевали в Версальском парке, не обращая внимания на приближающуюся бурю. Он взывал к доброму сердцу молодого императора.

- Помни, Ники, кровь этих пяти тысяч мужчин, женщин и детей останется неизгладимым пятном на твоем царствовании. Ты не в состоянии воскресить мертвых, но ты можешь проявить заботу о их семьях… Не давай повода твоим врагам говорить, что молодой царь пляшет, когда его погибших верноподданных везут в мертвецкую.

Вечером император присутствовал на большом балу, данном французским посланником. Сияющая улыбка на лице великого князя Сергея заставляла иностранцев высказывать предположения, что Романовы лишились рассудка. Мы, четверо, покинули бальную залу в тот момент, когда начались танцы, и этим тяжко нарушили правила придворно
го этикета.

То есть даже ближайшие родственники и друзья настаивали, чтобы торжества были остановлены и объявлен траур. Но Николай, что называется, "дорвался". Он открыто демонстрировал, что на подданных ему плевать. Впрочем, дальше оказалось ещё хуже. И попытки оправдать это "большой политикой" жалки, в начале правления Николая Франция ещё нуждалась именно в союзе с Россией. Это к 14му году приказы в Петроград будут фактически исходить из Парижа, но до этого ещё далеко. 

Более того, на самом деле ничего уникального в данных событиях не было. И на Руси существоала вековая традиция, как царь обязан был поступать в такой ситуации. Должен был быть наказан кто-то из бояр. Причём чин боярина пропорционален уровню катастрофы. В данном случае отвественный (в том числе и реально, и это знала вся страна)  был великий князь Сергей Александрович. Сам же царь должен был, отменяя все праздники, идти каяться в Троице-Сергиев монастырь, публично прося у Бога за невиныне души. Николай... продолжает развлекаться. Что там нам рассказывают любители дореволюционной России про "утерянные с царём скрепы"? Ну так вот на всю страну Николай Второй продемонстрировал откровенно антихристианское, нарушающее православне традиции страны поведение. Что авторитету власти, и так уже расшатанной при его отце, на пользу не шло.

Что хуже, Николай начал открыто "отмазывать" своего родственника. Даже выговор не сделал. Расследовать назначил министра юстиции Муравьева... который пост свой занял исключительно по протекции Сергея Александровича. Понятно, что тот сделал вывод о невиновности своего покровителя. Причём для всех вывод был ясен ещё до начала следствия.

Под влиянием императрицы Марии Фёдоровны к расследованию подключают графа Палена. Но тот оказался хорошим следователем, однако плохим политиком. Не только изобличил Великого князя, но и умудрился публично ляпнуть, что поскольку на такие важные посты как Московский градоначальник назначают по семейному принципу и обазятельно Великих князей, абсолютно непригодных к делу, то это всегда заканчивается катастрофой. В общем, его сняли с расследования уже из семейной солидарности. Тем более таких вот родовитых, но непригодных по разным должностям среди Романовых было полно. Расследование убрали в архив, виновным в итоге назначили обер-полицмейстера, уволив того со службы.

Комментарии, как говорится, излишни. 

Да, если что великий князь Сергей Александрович, сластолюбец и педофил, а также известный вор городской казны правил столицей как своим личным царством до 1905 года, пока не был убит в результатет теракта. Многое про его правление говорит шутка современников, что после взрыва бомбы Великий князь первый раз в жизни продемонстрировал, что у него оказывается есть мозги.