Принцесса русалок
Автор: BangBangОлеся Григорьева уверяет, что сегодня Международный день принцесс 
https://author.today/post/841735
Из всех моих героинь такой титул носит лишь Блу из "Берега мёртвых". Титул этот неофициальный, и титулует ее случайный, казалось бы, знакомый, коллега по несчастью, очаровательный шалопай родом из Нового Орлеана, в совершенно неподходящих для этого условиях. Думаю, он просто видел ее сердцем.
Выгонять из воды и строить нас начинают, когда солнце почти совсем скрывается за деревьями, на которых гомонят какие-то птицы. Наспех отмывшись от ила, встаю в строй. Тело ноет, отдаваясь болью на каждое движение. Кожа от долгого пребывания в воде скукожилась. Желудок скрутило. Так и болячку какую поймать недолго… Быстрее бы доползти до барака и выспаться для начала… А потом как следует обдумать план побега, пока меня этой пахотой не заишачили до полускотского состояния, когда уже не останется на побег ни сил, ни воли. День прошел без особых происшествий, если не считать тычки и затрещины от бригадира всем новеньким, кто плохо справлялся с работой — смотрю, правило «из раба самый жестокий надсмотрщик» верно…
Даже неугомонный Йен немного притихает и, вновь оказавшись по дороге к лагерю рядом со мной, срывает какой-то лист с куста (по мне, они все одинаковые), и протягивает со словами:
— Разомни, чтоб сок пошел, и приложи…
Ах, синяк на лице… Про него за прочими печалями я как-то подзабыла. Шлепнули б тавро — небось, помнила бы.
— Болит клеймо? — спрашиваю его шепотом.
— Фигня… Не больнее, чем татушки делать, — храбрится в ответ мой новый приятель. — У тебя классные… стрекоза на ноге — высший класс. Покажешь ту, что на спине?
— Может, тебе еще сиськи показать? — не удерживаюсь я.
— Это было бы очень мило с твоей стороны, ведь я весь день защищал тебя от аллигаторов, — нахально улыбается в ответ. — Кстати, ты в курсе, что все женщины помоложе тут обязаны беременеть? Не выберешь пару сама — назначат… и проследят, чтоб все прошло как надо хозяевам.
— Что?!
— Да-да. Так что выбирай меня, принцесса, если что, я согласный.
Ошарашенная новым ушатом малоприятной информации, не знаю, рассмеяться мне или взвыть?
— Спасибо… я подумаю над твоим щедрым предложением, — хмыкаю в ответ. — Разница в возрасте не смущает?
— А что, разве она такая большая? Да и чепуха это все, вот у меня была де… — и Йен с присущей ему щедростью обрушил бы на меня ушат интимных историй, если б погонщик не обрушил ему на спину свой бич.
Встав в хвост длинной очереди за баландой, терпеливо жду, когда мне навалят в миску рисовой тюри. Это тебе не кексики Вивьен или свежая фирменная уха Сары… да и у самой руки не из жопы растут, умею я готовить вкусно… Хотя, мы с Каро в пору одиноких скитаний и похуже питались, и ничего… Эх, мальчик мой, ты б нос от этого сейчас своротил все-таки, пожалуй…
Колдуньей была моя прабабка, и не одна — не иначе, если с такой жизнью и жратвой, разменяв тридцатку, побитая, в драной майке, я еще способна нравиться мальчикам. Не успеваю сесть на краешек грубо сколоченной скамьи — Йен тут как тут. В свободное от работы время общению полов тут не препятствуют, в надежде на демографический взрыв, вероятно, и прирост рабочего стада.
— Сделай одолжение, ребенок, займи говорилку едой, — предвосхищаю я новый поток информации.
— Я не ребенок… — надувается он. — Я уже совершеннолетний.
И умолкает в обиде на целых пять минут, пока каша исчезает в его говорильном аппарате. Ну, и я не мешкаю… Черт подери!!! Как же это вкусно! Да она, похоже, на молоке! Ну, может, и не совсем на нем… но где-то рядом с этим божественным напитком продукты полежать успели, до того, как оказались в чане. Вылизав миску до блеска — Каро бы похвалил, с тоской смотрю на свое отражение на дне. Угол рта посинел и вспух. Красотка… А ведь могло еще и клеймо красоваться. Спасибо тебе, Черный Джек, и на этом…
— Десертик! — радуется Йен, и я вижу как дежурные по столовке вываливают на пальмовые листья нарубленный тростник.
— Это вкусно, — подмигивает парень, мигом обдирает верхние жесткие листья и протягивает мне белую сердцевинку: — Угощайся, принцесса.
С сомнением оглядываю лакомство, и пока думаю, Йен откусывает кусок и принимается жевать. А, ладно… Черт подери, и это тоже вкусно! Сладкий сок течет в рот из жестковатого стебля.
— Сам стебель не ешь, — поучает абориген, — только жуй.
Чистые углеводы и вода… понятненько, на такой жратве можно довольно долго продержаться.
— Я не принцесса, — говорю я, — а русалка. Но так меня называть позволено немногим. Для тебя — Блу. Запомни уже.
— Как скажешь, принцесса русалок Блу, — беззаботно соглашается паренек. Нет, он совершенно неисправим!