Эпоха сверхгородов завершилась

Дал интервью телебригаде студентов Высшей школы экономики на тему о будущем Петербурга. 

Интервью получилось, на мой взгляд, довольно сумбурное. Не знаю, как и когда оно будет смонтировано. Пока скажу лишь о двух любопытных моментах. 

Студентов интересовало, каким будет Петербург через 100 лет, на что я честно ответил, что ни один серьезный футуролог давать прогноз на сто лет вперед не возьмется: слишком высока неопределенность развития, здесь возможны аттракторы (состояния), которые сейчас предвидеть просто нельзя. Такие прогнозы обычно сводятся к наивным мечтаниям о городе-саде, футуристических небоскребах и обществе счастливого изобилия. Они абсолютно бессодержательны. 

А второй момент – это когда мы уже перешли к конкретике и был задан вопрос о мучительных транспортных пробках в городе, то я, кажется, удивил студентов, сказав, что на нынешнем уровне социально-технологического развития эта проблема даже в принципе неразрешима. Не помогут ни строительство новых развязок, ни новые эстакады, ни подземные переходы, ни ограничения на въезд в центр Петербурга. Все это приведет лишь к незначительным улучшениям, да и то на короткое время, пока не будет реализован отложенный спрос. 

Дело здесь вообще не в транспорте. 

Проблема гораздо масштабнее. 

Вероятно, закончилась эпоха сверхгородов. 

Мегаполисы стали настолько сложными и неуклюжими образованиями, что едва-едва могут функционировать на пределе своих возможностей. 

Никакие косметические меры не в состоянии уменьшить груз их проблем. Здесь нужны решения ортогональные, парадоксальные, пусть даже шокирующие своей новизной. 

Например, полная автоматизация и вынос из Петербурга всех промышленных производств. Например, перемещение достаточно далеко за черту города офисов крупных фирм, типа «Газпрома», вместе с городками для их персонала. Например, превращение Петербурга в научно-образовательный центр…

Идеи есть. 

Другое дело, что для их воплощения требуются разум и воля. 

А это как раз те качества, острый дефицит которых наблюдается сейчас во всем мире.