Абзац по-воскресному

Мне немножко некогда да и лень, а потому фантазии ни на что, кроме флешмобов не хватает.

Традиционно воскресный флешмоб Екатерины Овсянниковой и традиционный кусочек про Тэю

Пробудись… пробудись… пробудись…

Тэя слушала мантру, но не могла заставить себя подчиниться. Она сидела на полу своей каюты, где битый час корпела над древними трактатами, которые должна была вызубрить. Предполагалось, будто знания лейров давней поры должны пробудить в ней мудрость предков, но пока только наводили сон…

– Спишь?

Тэя вздрогнула и резко оглянулась. На пороге в своей обычной беспардонной манере торчал Ливень. Весь из себя красивый и самоуверенный.

– Чего тебе надо? – спросила она вместо приветствия.

Тот скуксился в притворном расстройстве:

– А грубить-то зачем? Я же по-доброму.

Но Тэя, успевшая набить несколько шишек в постижении странных отношений, завязавшихся на борту корабля, лишь возразила:

– У тебя по-доброму не бывает. – Захлопнув пыльную книгу, она поднялась с пола и небрежно бросила бесценный фолиант на полку к остальным. – Зачем пришел?

Улыбка Ливня стала лукавой. Он без разрешения переступил порог и замер лишь когда оказался прямо напротив. В глазах его, искрящихся чужеродной синевой, плескалось и нечто более чуждое, если не зловещее…

– Наш капитан в восторге от твоих талантов, детка, – проговорил он полушепотом. – Похоже, твои наставницы-ведьмы не так уж и никчемны.

Испытав укол боли от упоминания служительниц, Тэя тем не менее не дрогнула.

– Всех, кого коснулась благодать Теней, достойны. Ты же шаддок. Должен об этом знать.

Ливень хмыкнул, напомнив ей о строптивом беловолосом засранце, которого она прикончила собственными руками.

– Благодать… Как же. Ты хоть представляешь, что это такое? – Не дожидаясь ответа, он обогнул Тэю и застыл у ее рабочего стола над небрежно брошенной книгой. Оценив обложку взглядом, презрительно выдавил: – Книга лейров. Та еще муть.

Тэя и не ждала, что какой-то там подмастерье проявит уважение к истории тех, кто в течение столетий угнетал и третировал нормалов, и все же не сумела не ощетиниться:

– Тебе-то откуда знать!

Тот оглянулся через плечо и снова ухмыльнулся.

– Ну да, ну да. Где мне убогому с великой ведьмой тягаться!

Шпилька попала в цель, вынудив Тэю потупиться.

– Я вовсе не это имела в виду, просто…

– Да знаю я, – проговорил Ливень тоном сожаления. – Не нервничай. Я просто хочу, чтобы ты не спешила с выводами. – Он стукнул пальцем по книге. – По обложке не судят. Так, кажется, говорят на Риомме?

– Я не знаю риоммских пословиц.

– И все же ты пытаешься выведать как можно больше о лейрах, без которых просто не было бы того Риомма, каким его знает и боится вся Галактика.

– Галактика боится лейров, – возразила Тэя. – Причем до сих пор.

Ливень провел указательным пальцем по собственному носу, как будто тем самым создавая некую связь между собой и книгой, над которой все еще стоял.

– Галактика боится всего, чего не понимает. Глупые суеверия. Непонимание и страх всегда рука об руку.

– То, что творили лейры, не так уж и сложно понять.

– Тут ты права. – Он снова кивнул на книгу: – Только не сильно волнуйся, когда доберешься до главы о Нокто Лейр.

В двух последних словах Тэе послышалось столько отвращения, что она не сумела сдержать вполне естественного вопроса:

– С чего мне волноваться?

Ливень улыбнулся. На сей раз загадочно.

– Время покажет. – И вышел.