Непонятная фрау Морман.

Роман «Моя соседка фрау Морман» смотрел на меня с книжной полки и обещал трогательную историю, где черствое сердце героя топится и плавиться под натиском заботы и тепла.

«Фрау Морман раздражает всё. Соседка, постоянно репетирующая пьесу Шумана, — неужели других произведений нет? Ее гости, что слишком громко смеются в среду после обеда (лучше шуметь по вторникам!). Деревья на смежном участке, которые — подумать только! - сбрасывают листья именно на ее дорожки.
Но внимание, забота и сострадание могут растопить сердце даже самой сварливой соседки. А если и они не справятся, то вся надежда на очаровательного мопса Густава.
Остроумный немецкий бестселлер о том, как наладить мир хотя бы в границах своего участка.».

Сама книга тонкая. Всего на 140 страниц. Обложка ламповая, уютная, похожая на яркий детский рисунок. Сразу привлекает внимание. Ее хочется рассматривать каждый раз, когда берешь в руки роман. Я и сейчас, когда о нем пишу, постоянно смотрю на обложку. Есть в ней что-то, что привлекает мое внимание.

Первое, что бросилось в глаза сразу – крупный, как в детских книгах, шрифт и текст с большими отступами по бокам. Каждая новая глава выделяется несколькими пустыми страницами.

Иллюстрации – украшение книги. По-детски милые, написанные широкими мазками.

Роман читается легко, из-за доступного, но я бы сказала элементарного языка. Во время чтения ко мне в голову закралась мысль – «Не ошиблась ли я? Может все же это детская книга?». Меня начало смущать содержание, иллюстрации и то, с какой скоростью я прочитала половину книги. А я люблю неторопливое, вдумчивое чтение. И обычно никуда не тороплюсь. Но нет, роман из серии «Прекрасные мгновения». На титульном листе ни слова о детях.

Само повествование похоже на монолог подруги, с которой ты не виделся много лет. Она говорит сбивчиво, торопится, перескакивает с темы на тему, а потом внезапно вспоминает «О чем это я говорила?». Сюжета как такового нет. Тринадцать не связанных между с собой глав напомнили мне сырой черновик, который в будущем мог бы превратиться в настоящее произведение. Но по какой-то причине им не стал.

И вот я прожила эти главы, глядя на мир глазами фрау Хайденрайх. Периодически мне казалось, что главная героиня умственно неполноценная (да простят меня читатели за такое сравнение).

Я могла бы если не принять, то понять героиню, если бы автор хоть чуть-чуть раскрыл ее внутренний мир. Нам несколько глав подробно рассказывают про характеры ее плюшевых медведей, которых она хранит у себя дома. Но ни слова о причинах такой ностальгии. Автор описывает фрау Хайденрайх поверхностно, не углубляясь в ее внутренний мир. Хотя я уверена, если бы Эльке хоть чуть-чуть открыла бы нам завесу своей тайны, мы были бы в восторге от глубины ее чувств к нашему миру. Было ощущение, что книга – это короткое приложение к другому роману, где читатели уже знакомы с Эльке Хайденрайх. Но, если он есть, я его не читала.

И если у главной героини есть мысли, по которым мы все же можем понять ее характер, то фрау Морман просто грубая и склочная. И на этом, пожалуй, все. Она карикатурный, картонный, пустой персонаж. Она просто есть. Просто скандалит с главной героиней. И мы ничего не знаем об этом персонаже. Ее биография – два сухих факта в одном абзаце в конце книги. По ним трудно понять характер фрау Морман. Как и то, почему она так резко поменяла свое отношение к фрау Хайденрайх. Я не из тех, кто любит додумывать за авторами.

Первая ассоциация – роман отдаленно напоминает «Вторая жизнь Уве» Фредрика Бакмана. Но не может встать с ним на одну ступень. Все же у Бакмана глубоко прописанные персонажи, которым сопереживаешь. Персонажи Эльке Хайденрайх, в свою очередь, никаких эмоций не вызывают.

Перед оглавлением есть страница «О создателях книги». Странно, что Эльке Хайденрайх – писательница, литературный критик, автор оперных либретто, ведущая программ на радио и телевидении, выдала подобный суррогат. Этот роман больше напоминает собрание постов в ЖЖ, чем цельное произведение.

Я потратила на чтение сорок минут с учетом заметок. За эту тонкую книгу я отдала триста рублей. Роман приписывают к фил-гуд литературе. Но я так и не смогла получить удовольствие из пустоты.