Глава седьмая. «Да будет веселье». Уже вышла.

Они в «Забытом саду». Серые робы. Каша, в которой вилка стоит вертикально. Стражники, которые заходят на огонёк. И тишина, которая тяжелее любой цепи.

Фауст продолжает делать то, что умеет лучше всего — говорить. Но теперь его слова находят не просто стены. Они находят уши. И сердца.

Белладонна не отстаёт. Она меняет тактику. Вместо криков — улыбки. Вместо угроз — шёпот. И это работает даже лучше, чем кулаки.

В «Забытом саду» появляется то, чего там давно не было — надежда. Странная, неудобная, почти запретная. Стражники начинают сомневаться. Пациенты — поднимать головы. А главкут — нервничать.

Глава седьмая — не про побег. Пока. Это про подготовку. Про сбор информации. Про то, как изнутри рушатся системы, которые кажутся вечными. И про то, что иногда самое опасное оружие — не меч, не магия, а слово, сказанное в нужный момент.

Осторожно: в главе всё ещё есть кровь, мрачные намёки и Белладонна в своём репертуаре. Но есть и свет. Тот самый, который пробивается сквозь щели.