Суббота на очереди

Врываемся в это дождливое (у кого как, подозреваю) утро с очередной порцией Субботнего флешика от Марики Вайд, и несем с собой кусочек "Межи".

Берегись спойлеров!

– Интересно. Что ж. Среди немалого числа Великих орденов, особенно выделялся один. Даже по меркам лейров адепты Нокто Лейр считались чересчур… эксцентричными. Среди всего многообразия тайн и чудес, которыми полнится наша Галактика, их волновала только одно – смерть.

– Смерть? – удивилась Кида.

– В каком это смысле? – поддержал ее Ливень.

Малбинди поморщилась, будто ее одолела зубная боль. Или она просто сочла своих гостей неотесанными любителями.

– Могущество Теней невероятно, однако, как скоро выяснилось, распространяется далеко не на все аспекты бытия. Лейры никогда не были альтруистами. Их жажду власти невозможно было насытить. Чем больше они приобретали, тем отчаянней желали сохранить эту власть навечно. Однако все смертно в этой Вселенной. Даже звезды рано или поздно сгорают. Нокто Лейр такой расклад не устраивал. Неспособные оставить потомство и закрепить свое могущество в поколениях, они пытались продлить собственную жизнь.

– Но ведь лейры и так живут дольше обычных разумников, – заметила Кида. – Взять хоть того же Гаугу. Он старше Ливня, а до сих пор выглядит, как портакианец в расцвете сил.

Старик в ответ на это замечание тихо кашлянул, Малбинди же возразила:

– Даже столетия в сравнении с бесконечностью – ничто. Нет, Нокто Лейр не интересовали полумеры. Все или ничего. И они зарылись в такие дебри, что напугали даже тех, кто разделял кое-какие из их взглядов.

И прежде чем Кида успела озвучить напрашивающийся само собой вопрос, гадалка продолжила:

– Проходя через ритуал пробуждения, потенциальный лейр должен пересечь незримый порог – заглянуть за «ширму» жизни и таким образом открыть Теням доступ в свое сознание и тело. Но Нокто Лейр этого показалось мало. Они решили: если всего лишь тонкого ручейка силы достаточно, чтобы лейры уже изменяли на окружающий их мир, то мощь целой реки сделает их возможности безграничными. Они стали копать. Иногда в буквальном смысле. Разыскивали источники Теней, скрытые по всей Галактике. Они изучали их, а затем применяли усвоенные знания для создания искусственных брешей.

Кида моментально вспомнила Колодец упокоения на Терике и то, что обнаружила внутри – стены из мертвой, окаменелой плоти. Быть может, источником той скверны, подтолкнувшей Мать-настоятельницу предать собственный ковен забвению, была вовсе не скрытая на дне пневма, а нечто иное? Однако тут сразу же вставал вопрос времени. Лейры, и Нокто Лейр в том числе, исчезли с лица Галактики почти тысячелетие назад. Конечно, оставались еще независимые скитальцы, но таковых были единицы, к тому же Кида сомневалась, будто их способностей хватило бы на нечто столь чрезвычайное, как осквернение целого источника.

– История гласит, – слова Малбинди будто ножом пронзили мысли ученицы лейра, – что добиться успеха удалось только одному. Звали его Сорза. Последний глава Нокто Лейр.

– Погодите! Сорза? – Кида едва не подскочила. – Мне кажется, я уже где-то слышала это имя.

Но гадалка лишь пожала плечами.

– Ничего удивительного, – сказала она чуть ли не с презрением. – Личность-то знаменитая. В определенных кругах. Говорят, он единственный, кому удалось достичь того, что неизменно ускользало от его предшественников.

– Он добился бессмертия? – подал голос Ливень, крепче сжав спинку кресла.

Малбинди холодно улыбнулась:

– На свой извращенный манер. Говорят, в лабиринтах его гробницы на Аджанте до сих пор блуждают мертвецы, которых он оживил с помощью своих темных знаний.

– На Аджанте? – Кида снова встрепенулась. Второй раз за время этой беседы ее будто ледяной волной окатило. – Вы уверены?

– Милочка, – тихо рассмеялась гадалка, – уверенность в таких вопросах – это, пожалуй, единственное, чего мы не можем себе позволить. Разумеется, все это чистой воды слухи, сплетни и домыслы. Миф о черном лесе, окружавшем черную крепость.