Перемирие (продолжение)

Свадьба 80-х. А свидетелями на свадьбе - два врага... Получиться ли  соблюдать перемирие?

***

Отрывок. Свадьба

Знаменательный день настал. Невеста со свидетельницей ехали на первой машине, жених с друзьями – на второй. Выехали заранее, как-никак нужно было проехаться по семи мостам. Это чтобы соответствовать народным традициям. Ещё на берег реки сходили, деньги в реку бросали. Словом, делали всё, чтобы молодые жили счастливо. 

Воробьёва нигде не было. Любка забеспокоилась даже. 

– А где свидетель-то? Уж не заболел ли часом? Я тут ни при чём. Зла не желала. 

– Пашка сегодня в четыре утра встал, рейс у него. Придёт прямо в ЗАГС, – пояснила Ленка и упорхала к жениху. 

«Интере-есненько получается, – подумала Любаша. – Как он, не спавши, допоздна продержится?» 

          Наконец, прибыли в ЗАГС. Наглаженный Воробьёв ожидал их у дверей. 

– Любка, хорошо выглядишь, – сощурился он. 

– Для кого – Любка, а для кого – Любовь Сергеевна, – моментально вскипела она. 

– А Любашей можно? – миролюбиво улыбнулся он. 

«Господи, чего это я?» – одёрнула себя девушка, а вслух разрешила: 

– Можно. 

Дальше было всё, как положено в советских ЗАГСах. Расписались, выслушали речь, сфотографировались и поехали домой. Воробьёв дисциплинированно открывал двери машины, вовремя подавал руку и вообще, вёл себя прилично. Любка и не заметила, как перестала чувствовать себя на военном положении. Настороженность уснула. 

          Свадьбу праздновали в квартире жениха на пятом этаже панельного дома. На этом же этаже жила Ленкина коллега Зоя Петровна. У неё привели себя в порядок перед выходом к гостям. Свидетель, улучшив момент, прошептал напарнице: 

– Любаш, я речи толкать не умею. Давай, я всех буду успокаивать, а ты потом говорить. 

На том и порешили. 

          Дальше, вроде, всё, как обычно. Правда, Любка сильно удивилась, когда свидетеля посадили рядом с невестой, а её – с женихом. Сказали, так правильно. Воробьёв слово своё выполнял, гостей держал в узде. Зычным командным голосом просил тишины, поднимал стопку и объявлял: 

– А сейчас будет говорить свидетельница!.. 

Веселье было в самом разгаре. Стопок нахватались без счёта. Девушка давно уже поставила рядом с собой бутылку с водой. Этикетка, однако, гласила: «Водка столичная». Любка вдруг подумала, что давно не видела свидетеля. Нашла она его сладко спящим на своём стуле. Голова особым блюдом лежала на столе. Жених с невестой в это время весело отплясывали в центре гостей. Свидетельница отодвинула тарелку с салатом подальше, чтоб ненароком не утонул в рассоле. «Вот тебе и подъём в четыре утра. Бедолага, устал, а тут такое», – подумала она и тихонько села на своё место. 

Музыка замолчала. Все потянулись к столу за новой порцией увеселительного допинга. Жених с невестой тоже вернулись на свои места. Свидетель встрепенулся, поднял голову, не открывая глаз, схватил какую-то тряпку и вытер ею вспотевшее лицо. Послышался возмущённый крик, тряпку выдернули из его руки. Воробьёв открыл глаза. На него разъярённо смотрела невеста. Оказывается, утиральник оказался краем её фаты. Головной убор съехал на бок. Похоже, назревала рукопашная. Любка скоренько подскочила к обиженной подруге и увела её к Зое Петровне, оставив свидетеля разбираться с женихом. 

Инцидент имел последствия. Свидетель до конца дня ходил за Любкой хвостиком и во всём стремился оказать первую помощь. Видимо так был благодарен, что вовремя Ленку от него оттащила, а то бы не избежать ему мордобоя.

книга Лабиринты любви рассказ Перемирие