Что я умею писать, так это бытовое фэнтези! Подала заявку на конкурс

— Я должен говорить с кем-нибудь из комиссии, — уведомил с достоинством Никита, еще не вполне определясь, что станет этим лицам толковать. — Монополия купцов на эти чары незаконна.

Секретарь слыхал такую грозную  формулировку по десять раз на дню и подавил зевок не без усилия.

— Патентный совет для рассмотрения заявок состоится через три недели. В иное время здесь никого нет, кроме меня.

— Я приду! — пообещал Никита, сверкая сталью в голосе.

Маневр снова оказался неуспешен.

— Комиссия не принимает лично — никого, без исключений. Письменное возражение вы можете оставить мне в любой день кроме воскресенья и праздничных дней. Патентное бюро открыто с одиннадцати утра до восьми часов пополудни.

Секретарь аккуратно изъял три листа магокода, пока посетителю не пришло в голову их мять или делить на лоскуты. Копии, разумеется, заперты в нижнем архиве, но переписывать эти магические закорючки до ночи пришлось бы самому, а он еще надеялся вечером успеть на базар и взять с уступкой последнюю синюю курицу, из которой квартирная хозяйка будет месяц щипать ему мясо в жидкий капустный бульон.

— Подать вам чернила сейчас или потребуется прежде посоветоваться с вашими законниками? — уточнил он, сглатывая от гастрономических фантазий.

— Уж поверьте, я посоветуюсь! — с грозой отвечал посетитель. — И иллюстрации широкого применения этих чар я непременно отыщу!

— Само собой, — покивал секретарь, завязывая папку. — Однако, от сегодняшнего дня вы должны прекратить чарование ваших перчаток во избежание передачи дела суду. Распишитесь об ознакомлении с претензией — форма лежит на столе.

Еще даже не обед, заныл ему желудок. Перчаточник, небось, теперь к своим пойдет, возмущаться за чаем со сдобой! Задвинув папку между сотнями прочих, тощих, как он сам, секретарь со мстительностью обернулся.

— Ах, да! И господа купцы настаивают на некоторой денежной компенсации за те годы, что вы неправомерно налагали код.

— Штраф? — перевел с бюрократического посетитель, замерев над открытой чернильницей. — О какой сумме идет речь?

Секретарь, старательно скучнея видом, огласил число. 

Никита обмер — оно равнялось стоимости всей перчаточной мануфактуры и половины городской недвижимости, «приобретенной вашими предками несколько против закона».

***

Хранители и вольнодумцы

Бытовое фэнтези с нотками этнографии и романтики, бесплатно

https://author.today/work/566241

Посмотрим, примут ли на конкурс) Но сплетения бытовых и загадочных линий всегда были моей сильной стороной, я кайфую от работы над этой историей)