Русские люди и мысли от Рюрика до Николая II. Обзор глав 1 – 12 и заметки на полях

Мы постоянно сочиняем и пересочиняем свое прошлое. И даже те люди, которые говорят о бесполезности истории, которая их не касается, тоже эгоистично сочиняют свои собственные… истории!

Мы не только рассказываем их себе, мы, ведя внутренний диалог, создаем себя и окружающий мир, включая его описания в наши истории.

На удивление долго гуманитарное знание никак не связывало психические и исторические явления. Это продолжалось до тех пор, пока мне не удалось обнаружить проявляющую себя в мировой истории последовательность в работе программ мышления.

Оказалось, что, рассказывая свою и только свою историю, я невольно строю свой рассказ в более широком контексте общества, рассматриваемого как совокупность мыслей. Этот контекст, как я выяснил, меняется во времени, подчиняясь циклическому процессу.

Американский психолог Вернер Эрхард утверждал, что люди не являются живыми листами бумаги. На самом деле, у нас изначально уже есть в сознании «большой текст», без которого мы не можем воспринимать ни себя, ни окружающий мир. Чтобы увидеть дерево, нужно иметь образ дерева в сознании. Это верно и в отношении личной истории. Чтобы у меня было прошлое, я должен сначала его придумать.

В 1681 году по требованию и в присутствии «чинов» и духовенства почти все древние книги, по которым боярские роды вели счет «отечества», были… сожжены. В период с 1920 по 1934 год преподавание истории как отдельного учебного предмета в советских школах было запрещено.

Нарком просвещения А. В. Луначарский в 1918 году высказывался о том, что история в правильно поставленной школе не нужна в принципе, так как она делает людей «рабами порочного прошлого» и учит «шовинистскому псевдопатриотизму».

Одного читателя удивило название книги: «Русские люди и мысли от Рюрика до Николая II». Разве Рюрик и Николай Александрович русские?

Вряд ли читатель самолично знакомился с трудами дореволюционного антинорманиста Дмитрия Иловайского, утверждавшего, что русская государственность ведет свое начало от южных славян, а не от пришлых варягов.

Иловайский, впрочем, больше нападал на евреев, а в каждом поляке видел заодно и еврея. И эта версия истории России давно уже подвергается осмеянию. Однако, именно труды Иловайского стали в предреволюционной России официальным нарративом, которому обучались российские школьники по написанным им же учебникам.

После революции красные историки-евреи, такие как Исаак Минц, без устали ковавшие и перековывавшие русскую историю в МГУ, критику евреев из Иловайского выбросили, но идею, что Русь зародилась в Киеве, в учебниках новой коммунистической поры оставили. Традицию троцкистско-зиновьевской историографии России, в общем и целом, продолжает и современный коллектив МГУ. 

А как было на самом деле? В книге я опираюсь на новейшие исследования русской истории… до прихода Руси на Русь. Кровавая франко-саксонская война 772 – 804 гг. поставляла немецких беженцев в русские охотничьи команды, спускавшиеся из русского Поморья на Балтике по Днепру к Киеву.

Это означает, что немцы пришли на Русь не с Петром, а намного раньше. Что они были, как минимум, в числе тех, если даже не преобладали среди тех, кого мы называем русскими, включая, разумеется, и Рюрика, и Ольгу (Хельгу), и Игоря (Ингвара) а также все тех, кто перечислен в первом договоре Руси с Византией: «Мы от рода русского — Карлы, Инегелд, Фарлаф, Веремуд, Рулав, Гуды, Руалд, Кари, Фрелав, Руар, Актеву, Труан, Лидул, Фост, Стемид— посланные от Олега, великого князя русского». 

То есть, когда вы видите императора Вильгельма II в мундире 85‑го пехотного Выборгского полка (официальное наименование — 85‑й пехотный Выборгский Его Императорского и Королевского Величества Императора Германского, Короля Прусского Вильгельма II полк), это вовсе не оксюморон.

Балтийский след нашей истории был не только варяжским. В русских морских походах могло принимать всё полиэтническое население южного берега Балтики: славяне, саксы, и даже кельты.

«Старград у вагров, Рерик у ободритов, Дымин, Узноим, Велегощ, Гостьков у лютичей, Волин, Штетин, Камина, Клодно, Колобрег и Белград у поморян описаны как поселения с богато украшенными храмами и хорошо устроенные в хозяйственном отношении, с многочисленными ремеслами, откуда множество людей отправляется в чужие земли для торговли или войны, сажая и лошадей на корабли, что позволяет быстро проходить чужие земли…»

«Влияние кельтской цивилизации на народы Западной, Центральной и Северной Европы было доминирующим, так же как влияние античной цивилизации на Южную Европу. Кельты сформировали во многом единый культурный мир, сцементированный общностью религиозных и философско-этических представлений и в чем-то недоступной нам сегодня идеей индоевропейского родства. В орбиту кельтского мира были вовлечены славяне, германцы и балты, а также племена Северного Причерноморья – скифы и сарматы…»

Если верна теория С.В. Цветкова и И.И. Черникова, то предки русского народа, те самые легендарные 800 семей города Волин, могли иметь кельтское происхождение.

Издеваясь над Древней Русью, историки из МГУ обзывали её «феодально-раздробленной». Вот почему мне пришлось специально остановиться на русском политическом праве, ведь после Соловьева и Ключевского мало кто об этом говорил. И уж точно не в российской школе.

Что такое «в отца место»? 

В основе древнерусского права лежала система «передвижки» князей между «столами». Если отец занимал некий стол, то и его наследник по смерти отца должен был занять тот же стол по следующей схеме:

старший брат;

младшие братья по порядку;

сыновья старшего брата (по старшинству);

сыновья следующих братьев (по старшинству);

внуки, правнуки в той же последовательности и так далее.

По мере смены главного князя все прочие переезжали по старшинству из города в город.

«В этой очереди выражалась мысль о нераздельности княжеского владения Русской землёй: Ярославичи владели ею, не разделяясь, а переделяясь, чередуясь по старшинству». – В. О. Ключевский

Что касается сельской округи, то она в Русь Ярославичей не входила. Русь – это только горожане. Деревня начала становиться русской с Ивана Калиты, но этот процесс растянулся на века. 

Русский ум, пробудившийся для исторической науки в XVIII веке, видел перед собой на 90% земледельческое общество. Но кому пришло в голову заняться земледелием в стране с едва ли не самым коротким в мире сезоном полевых работ?

Если в Европе земледельческие работы начинаются в марте, то русский крестьянин должен был ждать, пока «черёмуха отцветет», часто до конца мая. Такая задержка с севом не оставляла затем времени на сенокос, не давала возможности развивать животноводство, а без скотины крестьянский двор сталкивался с дефицитом органических удобрений. 

После того, как древнее русское общество погибло в огненных могилах Киева и других южных городов, чем объяснить возрождение русской жизни в таежной зоне средней полосы России с её температурами как на Аляске? Как объяснить возвышение Москвы? 

Это ещё одна большая тема, вымаранная из нашей истории. И я, конечно, посвятил ей несколько глав с опорой на теорию русского земледелия Милова.

Сельскохозяйственный сезон у нас не просто экстремально короткий – 120 дней. Он может быть непредсказуемо и трагически коротким, не позволяющим получить хоть какой-то урожай.

«в районе Белоозера зима однажды началась с выпадения снега 18 сентября (28 сентября нового стиля), а весной на озере лед растаял лишь ко 2 июня (12 по новому стилю). К тому же резко иными были и сроки заморозков. В 1601 г. после сплошных летних дождей на Успенье Богородицы (15 августа, или 25 августа по новому стилю) был «великий мороз», погубивший и рожь, и овес. В 1638–1639 гг. ранние заморозки уничтожили урожаи, а вслед за этим на Украину обрушилась засуха. В 1668–1669 гг. были сильные весенние заморозки и летние наводнения. В 1691–1692 гг. были засухи. По другим сведениям, в 1691 г. все жито побило морозом «вскоре после Иванова дня» (20 июля, или 30 июля по новому стилю). Наконец, в 1671 г. в Подмосковье также была сильнейшая весенняя засуха («с самой весны у нас дожди не бывали... яри и травы погорели, овсы и по се число не всхаживали»).

В этих условиях средняя урожайность зерновых даже сам-2 была итогом упорного и тяжкого труда русского земледельца.

Конечно, этот фундаментальный факт русской жизни следовало бы доложить прямо «наверх», где легко отказываются то от помидор, то от коньяка, но я надеюсь, по крайней мере, на ваше понимание, дорогие друзья!

Человек, у которого на столе нет сахара или рыбы, или ягод, или фруктов, или яиц, может компенсировать эти продукты избыточным потреблением других продуктов, поскольку есть то что-то надо. Но голодающий все равно не получит достаточного количества глюкозы, фосфора, йода, витаминов, магния, кальция и т. д.

Широко распространенный в СССР ещё в 1960-х гг. детский рахит – одно из последствий «блокадной диеты».

Глава 12. рассказываето крымско-татарских набегах, о которых невозможно говорить без содрогания. Даже татарский большевик Сафаров, отнимавший землю и убивавший русских в Туркестане, но недолго, пока Сталин не вмешался, выглядит невинной овечкой в сравнении с крымскими набегами, которые убивали взрослых, а детей увозили на продажу на протяжении сотни лет.

Даже Орда не была такой жестокой.

«русские могли или собраться все в одном месте, перейти на скудный блокадный паек, считать каждую крошку хлеба, который еще оставался в княжеских и боярских закромах, да еще и включить в хлебный паек новгородские запасы, независимо от желания новгородцев, встать стеной вплоть до последнего мужчины, способного носить оружие, против степняков и литовцев, или… не дожить до следующего урожая, который собирали на крошечных пятачках неплодородной земли.

Не ржаной калач увидели бы мы на московском столе, а жеваный-пережеванный хлебный мякиш.Москвич, уважающий свой народ и его историю, должен ощутить не только ее красоту, но весь ее ужас. Пусть читатель представит, как после голодной зимы, то есть, после каждой второй-третьей зимы, ходят-бродят княжеские слуги по дворам, сверяясь со списками войска, которое пойдет на Оку. Как они поднимают седых, трясущихся, похожих на скелеты «богатырей», пролежавших по три месяца в забытьи с мякишем во рту, как выносят и грузят на телеги трупики детей.

Острая нехватка людей, ставшая следствием самого северного в мире земледелия, очень рано поставила Москву перед необходимостью вовлекать в государственное строительство мигрантов, ущемляя и без того скромный пирог своего населения, включая, конечно, и родственников-бояр».

Е. Милютин, Русские люди и мысли от Рюрика до Николая II*

*Если хотите прочитать ознакомительный фрагмент, он есть на Автор-Тудей. Купить всю книгу можно на Литрес.