Сухой и влажный поцелуи

Новый классный флешмоб от БэнгБэнг - на этот раз про то, как люди целуются: https://author.today/post/867677?c=41635211&th=41635211

Наши герои, правда, целуются не как люди - ну, так местами они и не.

Вот пара главных, которые, на самом деле, никакая не пара.

Как дельфин и русалка, ага.

Они едва не пропустили этот звук – оба приняли его за галлюцинацию. Однако нет. Этим утром им снова встретилось пересохшее русло реки – а теперь внизу под обрывом журчала вода. Из глинистой стенки бил ключ. Радость этого открытия не сразу дошла до измученных путников, но потом как-то быстро стало понятно: всё позади. Испытание позади. Они почти уже дошли и почти устояли - каждый перед своим искушением.

 Дневной привал у ключа перешёл в ночёвку. Они пили, умывались и снова пили. Потом по очереди мылись – набирая воду горстями, вздрагивая от обжигающего холода и согреваясь на солнце в шерстяных одеялах. Сет достал из поклажи красные хламиды – грязную, задубевшую от пота одежду не хотелось натягивать снова. Кое-как отмыв под струёй воды штаны и рубахи, разложили сушиться на торчащей из глины коряге.

 И вот тут-то, взглянув на Сета, Фран обомлела.

 Его наружность, обычно бесцветная, в отсвете красного одеяния стала ослепительно, царственно яркой. Закатившееся за край обрыва солнце ударило лучом ему в спину и зажгло в коротких песочных волосах сияющий золотой венец. У Фран даже сердце зашлось – где же она это видела? Да вот же, в книге отца Берада. Правда, стоял перед нею не тонкий юноша в кудрях и вовсе не принц, но на какое-то мгновение Фран поняла, что могла бы ему отдать всё, что назначено ей отдать роковому избраннику – всю страсть и верность, все волшебные силы своей души. И, должно быть, Сет тоже увидел в ней новое. Раньше он не задерживал взгляд так надолго. А потом сказал с сожалением:

- Что-то толкает нас навстречу друг другу, какая-то сила. И сейчас заметней, чем прежде.

Она смотрела, как гаснет вокруг его головы золотистый свет, и думала: «вот, теперь и ты знаешь, каково это».

- Подлые игры, да? Того и гляди, вступишь в какую-нибудь предопределённость. Оставим бессмертных с носом - разойдёмся на берегу. В конце концов, это был временный союз.

- Что думаешь там найти?

- Увидим.

Ночью она оказалась рядом, не дожидаясь приглашения. Но спать спокойно не собиралась: еретик чувствовал, как льнёт к нему гибкое тело, как щекочут лицо её волосы, когда, поднявшись на локте, она силится его рассмотреть в темноте, как веет теплом её дыхания, когда она шепчет:

- Я боялась тебя убить. Теперь не боюсь. А того, чем ты стал, пусть боятся другие. Ты такой же как, я – больше, чем когда бы то ни было. Я хочу попрощаться с тобой.

Сет собирался её прервать, но маленькая рука зажала ему рот.

- Я и с собой хочу попрощаться, со всей этой плотью. Она ничего не стоит, возьми её, если хочешь. Скоро у меня будет другая.

 И тут Сет почувствовал, что она и вправду уже не совсем человек. Воздух рассекали невидимые крылья. И губы, которые пришли на смену её ладони, были сухие и шершавые, как кожа ящера.

 Он резко сбросил её с себя и перевернул на спину, прижал к земле.

 Она тихонько смеялась, извиваясь под его весом:

- Ты хотел убить Змея. Никогда не думал его приручить?

- Нет. Я надеялся на другое.

- На что? – она затихла в ожидании ответа.

- На то, что в твоём лице мне вместо Амей Коата будет милостью божьей явлен Эвои Траэтаад.

- О! Ну, спасибо. Хорошо, отпусти. Не знаю, что на меня нашло – но этого больше нет.

Впрочем, уходить Фран не собиралась. Она свернулась клубком у него под боком и только пробормотала, засыпая: 

- Помолись за меня, монах. Завтра увидим море.

Чужаков определили на ночлег под навес на краю деревни. Почти вплотную подступала зелёная чаща, заслоняя лучи лунного света. Воздух был влажным и свежим, но замёрзнуть им не грозило – Южное море согревало берег своими тёплыми водами даже зимой.

 Остаток вечера Рэнди волком смотрел на Сета, и набросился на него сразу, как ушли хозяева:

- Как ты мог?! Нет, как ты мог дать увести этим тварям свою подружку?

- Она не моя подружка.

- Какая разница? Впрочем, дай-ка соображу – ты монах? Да ещё из Гончих? Всё понятно! Бабы для вас – точно мусор. Но это – даже не свинство, это такая подлость, что и сказать нельзя. Знаешь, кому ты её отдал?

- Ты не понимаешь.

- Где уж мне – разбираться в людях. Этих я тоже счёл поначалу добрыми дикарями. А потом подсмотрел их камлания на берегу. Ты же должен быть против всякого колдовства? Тут гнездо самой чёрной, самой зловещей магии. Зло спит в море, а они берегут его сон.

 Тут Сет заметил, что, прокажённый или нет, новый знакомый начинает ему нравиться.

- Откуда ты знаешь? Ты же не говоришь на их языке?

- Да на нём вообще никто не говорит! Кроме тварей и этой твоей…

 Слушай, спасибо, что выручил, но тут ты не прав. Мог бы отдать её мне. После царевны-лягушки всё разнообразие. Тебе не в убыток - и ей одна польза.

  Так вот, откуда я знаю? Там есть картинки на скалах, в подробностях нарисовано. Такие линии, от головы к голове. Чудище в море влияет на их мозги, говорит им, что надо делать. Не просыпаясь при этом - лучшие люди племени тем только и заняты, что толкуют сны адской бестии. В конце времён должен прийти человек, который  разбудит чудовище.

Сет кивнул.

- Ну вот, она и пришла. Знаешь, она – не жертва. И никому её не сожрать, скорее уж наоборот. Но если я в ней ошибся, жертвами будем все мы.

Рэнди несколько раз пытался что-то ответить, но не нашёл слов. Потом обругал Сета свихнувшимся мракобесом. И, наконец, заснул, по-детски быстро и крепко, широко раскинув здоровую руку и ноги на подстилке из высохших водорослей.

  Сет стоял, прислонившись плечом к одному из столбов, на которых держался навес из листьев и смотрел, как зажигаются и гаснут огни светлячков между стволами деревьев. Вдруг чья-то тень пересекла огоньки. Он сделал шаг вперёд и вышел в пятно лунного света. Послышался шорох – и вот, перед ним возникла фигура Фран. Её платок и хламиду обесцветила луна, а глаза казались тёмными и огромными.

 - Я пришла попрощаться. Ты ведь понял, что там за чудище? Неподалёку на глубину рухнул небесный змей. Он почти уцелел, сохранился лучше других, и сохранил свою силу. Я его чувствую даже отсюда. Но это бездушная тварь, вроде волшебной машины. Его вела воля Ангромади. Возможно, он отзовётся и мне. Я пока не знаю, как подступиться, это совсем непонятная магия. Но потрясающая.

 Тут требуется время и бесконечная осторожность. Но вот что могу обещать: пока я помню себя – я на твоей стороне. Надеюсь, это останется со мной, когда всё исполнится.

- Фран…

- Дай мне сказать, пока не хватились. Узнают, что уходила – снова кинутся проверять, сберегла ли я чистоту, - девочка усмехнулась, но Сет заметил, что её передёрнуло при этом воспоминании, - хотя какая, казалось бы, разница? Ступай, ты нужен не здесь. Забери мои вещи, мне не разрешат ничего взять с собой. Там книга. И вот.

 Фран стянула платок и, поднявшись на цыпочки, накрыла им плечи еретика. Застыла с поднятыми руками. Помедлила. Потом потянулась выше и легко коснулась губами угла его рта. А потом разомкнула его губы таким горячим, нежным и влажным поцелуем, что он, сам того не желая, ответил. И долго не мог оторваться, непростительно долго. Пока она не выскользнула из рук и не растаяла в темноте. Оставив ему на память кусок двустороннего шёлка с тёмным и светлым драконом.

- Дурень ты или умник? - судя по голосу Рэнди, сна там не было ни в одном глазу, - хочешь девчонку, она тебя хочет – зачем ты её отпустил? Уж я бы не помешал – что я, не понимаю?

 Сет сполз спиной по столбу и сел, закрыв руками лицо.