За гранью добра и зла

Девушки аккуратно танцуют на грани броманса: https://author.today/post/869348?c=41726021&th=41726021

Однако ваш любимый автор делает это как слон в посудной лавке.

Но в флешмобе поучаствует, почему нет.

Вот несколько отрывков про Джеди, художника, оружейника, визионера - и единственного друга принца Ченана, будущего Рдяного Царя.

Это было невыносимо тягостное, бесцельное и безнадёжное существование. Джеди чувствовал, что опускается куда-то на самое дно — отупевший, потерянный, способный лишь с каким-то жалким смирением дожидаться тех редких моментов, когда Ченану зачем-то вновь потребуется его общество. Теперь он понимал, какая страшная вещь дружба, и в какие глубины адской бездны способно завести верное и преданное сердце. Он не мог ни спасти, ни покинуть Принца, и потому его живая и деятельная натура медленно и бесславно угасала, и не было в этом ни чести, ни красоты.

Наблюдать за двойником было не так интересно. Интересное Джеди пропустил – как искалеченное безъязыкое существо из растерзанного города обернулось вполне себе бодрым  миловидным отроком и очутилось в этой лодке. А теперь тот просто сидел и смотрел, как мутный пересыхающий поток бежит из последних сил вдоль глинистых берегов. Он почти не общался со вторым мужчиной – лишь по делу, словно бы через силу, среди разных забот – столкнуть застрявшую на мели лодку, развести костёр, отойти по нужде – кратко, скупо, не глядя в глаза. Но что-то скрывалось за этой сдержанностью, какие-то страсти – Джеди вполне убедился в этом, поймав взгляд мальчика в спину старшего товарища. Взгляд был взрослым, тяжёлым и что-то такое тлело в самой глубине, похожее на голод. И вот этот взгляд ужасно не понравился Джеди. Он даже сам удивился – с чего бы? Ну, так не смотрят на случайных попутчиков. Должно быть, когда-то он сам так смотрел на Ченана. Но принц – другое дело, а тут безродный громила. Откуда он только взялся? В том, первом видении Амей Коат казался совсем одиноким.  Джеди явно пропустил весьма существенный поворот истории.

 Но он же не мог жить чужой жизнью без перерыва. Иногда он ел или спал, но самое главное – он работал. 

То, что он делал, становилось всё более безумным, бесчеловечным и восхитительным. Возвращаясь в реальность из мира видений, он не сразу порой признавал свою настоящую жизнь настоящей, беспокойно нащупывая выход туда, где не будет всех этих гор панцирного железа на фигуры слишком стройные для человеческих, всех чертежей и рисунков с фантастическими тварями, сцепившимися в отчаянных схватках, чтобы украсить поверхность металла оскалами морд, когтистостью лап и чешуйчатой рябью боков. Но потом Джеди присматривался – и втягивался в дело снова, заворожённый. Принц сказал, что первую пару комплектов уже примеряли. Те, кто надо – таинственные ночные гости. И остались довольны. Это тревожило Джеди, но и наполняло гордостью. Ченан в нём не ошибся.

Временами Джеди спрашивал себя – уж не ревнует ли он Принца к Амей Коату? К тому, что случится, когда тот появится в его жизни? Но нет, его сердечные чувства были смиренны и тихи. Однако каждый из змеёнышей злил его всё больше и больше. Как они могли – нет, как они могли прохлаждаться и тратить время на глупости, когда кого-то из них здесь очень ждут. И весь этот разврат - Джеди был оскорблён. Не сам по себе, нет – он вообще не принимал в расчёт свою фигуру. Он оскорбился за принца. И ладно бы мистерии в храме Энаны – к таким вещам можно относиться двояко. Но второй-то, второй! Похоже, мальчик с зелёным правым глазом не на шутку влюбился в долговязого оборванца – а это совсем никуда не годилось. Гадость какая все эти игры, когда в них играют мужчины.

 И только Принц выше подобной грязи. Он больше, чем мужчина, чем человек. И когда-то он назвал Джеди другом. Это совсем разные вещи для тех, кто понимает. И если змеёныш хотя бы смутно догадывается, кому предназначен, заводить какие-то шашни на стороне – это даже не пошлость. Это предательство.

 Так или иначе, Джеди тянул с докладом. Новости могли и обрадовать и разозлить принца, а Джеди хотел получить немного определённости. И вообще, в последнее время он стал каким-то скрытным. Так, он хотел сохранить втайне свой амулет. Видения вдохновляли его, помогали работать, камень словно усиливал главное, что было в Джеди – его искусство. Он рисовал, как одержимый, а в перерывах всматривался в странные юные лица тех двоих, что придут и разрушат весь его мир, всю его жизнь. Да что там его – всё пойдёт прахом. Но что взойдёт из этого праха, знал один Принц. А Джеди всего лишь делал, что ему говорят.

- Князь хочет взглянуть на тебя, мой Джеди.

 В любезных словах таилась угроза – меньше всего на свете Джеди хотелось бы вновь очутиться перед Зеркалом. Но кто он такой, чтобы спорить? К тому же, способ перемещения 

в Место-которого-нет волновал воображение и захватывал дух. Прошлый раз он, конечно, был не в себе – но ему же не показалось. Художник поклонился, и чёрные кудри упали ему на лицо. Принц приподнял его голову за подбородок.

- Этим вечером будь непременно в моих покоях. И постарайся не есть чеснока на ужин – с тех пор, как решили, что эта приправа отпугивает заразу, повара разве что в пирожные её не кладут. Не выношу эту вонь. Да и друзья-вампиры вряд ли одобрят.

- Зачем? – слабо спросил Джеди, стремительно теряя душевное равновесие, почти физически ощущая, как рушатся вокруг подпорки под декорации, изображающие привычный и надёжный реальный мир. Он знал, что это иллюзия, но жалел расставаться – в конце концов, он долго над нею работал.

Ченан пристально его разглядывал.

- Говорят, у тебя есть секрет, и пришло время с ним разобраться. Впрочем, не знаю. Разве есть у тебя от меня секреты? Забавно, никак не решу, чего же ты стоишь. Однажды я дал тебе слишком высокую цену, потом, похоже, опять промахнулся. Вот и посмотрим. Работу мастерских ты наладил, если что – обойдутся и без тебя.

 И уточнил, увидев страх, мелькнувший в тёмных глазах:

- Какое-то время.

***

Какие там пирожные, Джеди кусок в горло не лез. Когда вечером он надевал чистую рубашку, то вдруг подумал: к свиданию он готовится или к смерти?

И теперь он стучался в дверь принца, весь свежий и даже слегка надушенный – и не знал, чего он страшится больше.

Даже в сумерках покои Ченана поражали своей запущенностью. Похоже, что хозяин разогнал всю прислугу, и некому стало наводить порядок. Что ж, вполне объяснимо, учитывая необыкновенную природу волшебного сна и визиты странных ночных гостей.

 Разожжённый камин освещал и согревал лишь небольшую часть огромной холодной комнаты. Горячий живой свет выхватывал из полумрака то сползающий с какого-нибудь кресла ворох одежды, то сваленную в углу груду шлемов и панцирей, то одинокую латную рукавицу, которая, как закладка, прижимала страницу старой книги, раскрытой прямо на полу рядом со стопкой таких же старых книг с полустёртым золотом на тёмной коже корешков.

 Хозяин встретил гостя ни слова не говоря, просто отступил назад, давая войти и осмотреться. «Неужели он и камин топит сам» - почему-то подумал Джеди, но вскоре понял, что ошибался: из угла послышалась какая-то возня, и выкатилось странное создание – маленький человечек, удивительно напоминающий крысу. Уродец подбросил дров в камин, расстелил возле него мягкий ковёр и поставил низкий столик с заранее приготовленным кувшином воды, шкатулкой и чашей.

- Кто это? – спросил Джеди.

- Не обращай внимания. Это Сиви – никто, мелкая душонка. Однажды он неудачно навестил Зеркало, и его так перекорёжило. Но всё понимает без слов, удобно.

Человечек пропал в тени. Действительно ли мелькнул позади длинный голый хвост или это всего лишь обман зрения?

- Посидишь со мной по-варварски, на полу? – предложил принц, и сам опустился на ковёр. Джеди устроился рядом и вдруг очень ярко вспомнил, как так же, мальчишкой, заглядывал в гости к другу и играл вместе с Ченаном на блестящем паркете, уставленном солдатиками и усыпанном яблочными огрызками и ореховой скорлупой. Теперь принц втянул его совсем в другие игры, но на мгновение Джеди увидел его таким, как прежде – одиноким ребёнком, затерянным в дальних покоях огромного дворца.

- Меня тоже может…перекорёжить? – тихо спросил Джеди.

- Я буду с тобой, - просто ответил принц.

 Это вышло так по-человечески хорошо, что все опасения и предчувствия стали казаться пустыми.

 Красивыми отточенными движениями Ченан развёл в чаше бурый порошок и подержал её над огнём.

- Я ведь тоже никто, - сказал Джеди, - тебе нужен только Змей. Зачем он тебе нужен?

В общем, страшная вещь - дружба.