Если драка неизбежна — бей первой.

"Мила помнила, как тяжело подруга переживала своё исключение, и не могла поверить, что сейчас, буквально на пустом месте, они влипли в такой неприятный конфликт. Но больше всего девушку беспокоило, что эта идиотка откроет рот и выплеснет на сестру все свое омерзительное нутро.

Как Вознесенская и опасалась, у их оппонентки напрочь отсутствовало чувство самосохранения.

– Отпусти мою руку, мерзкая оборванка. – С какой-то нездоровой радостью в голосе медленно проговорила она, кривя губы в улыбке превосходства. – Пока я не позвала армайферов. Они засунут тебя так глубоко, что солнечный свет станет недостижимой роскошью. Из каких трущоб ты выползла, раз так выглядишь? Не хватало еще заразиться от тебя какой-нибудь дрянью. Еще неизвестно в каких отбросах ты ковырялась этими руками.

После такой тирады Мила обмерла.

Кира посмотрела на девушку в желтом пристальным, не верящим взглядом, зловеще улыбнулась и через секунду вцепилась всеми пальцами в ее роскошную высокую прическу. Визг незнакомки оглушил Вознесенскую. Окаменев, Мила смотрела, как сестра молча таскала за локоны извивающуюся обидчицу, не позволяя ей до себя дотянуться.

С детства, если драка казалась неизбежной, Кира всегда била первой. Но с годами детский максимализм уступил место эгоцентричному безразличию, и сестра перестала так остро реагировать на хамство и грубость. Но сейчас так удивительно сложилась судьба, что пути бестактной, несдержанной аристократки и нетерпимой к столь неприкрытым оскорблениям Киры сошлись. К великому изумлению первой.

Оторопели все, включая стражника, с ужасом взирающего на дерущихся девушек. Первой опомнилась спутница незнакомки и попыталась вцепиться в Киру сбоку. Мила перехватила ее в нескольких сантиметрах от сестры. С детства у подруг было негласное правило – если уж Кира ввязывалась в драку, то Мила никогда не позволяла кому-то третьему влезать в разборки. Поэтому оттащила девушку в оранжевом подальше от сестры.

После некоторой задержки отмер армайфер и попытался отцепить пальцы Киры от волос аристократки. Мила, не выдержав накала страстей, в голос рассмеялась – мужчина, аккуратно, чтобы никого не помять, попытался разнять двух разъяренных девушек. Сестра, вошедшая в раж, еще сильнее впилась в шевелюру истерично орущей девицы и каким-то чудом уворачивалась от рук стражника.

– Прекратить! – громогласно разнеслось по коридору.

Мила обернулась на голос и оцепенела. В дверях аудитории стоял раздраженный, мечущий гневные взгляды армариус Хобос. Кира, заметив его, молча оттолкнула от себя подвывающую от унижения девицу. Из рук Вознесенской вырвалась девушка в оранжевом и, не зная, чем помочь пострадавшей, крутилась рядом, заламывая руки.

– Госпожа Эйсмонт, госпожа Вознесенская и обе госпожи Норнирин следуйте за мной. Пригласите аменталя Видэрэ. – Ледяным тоном приказал армариус девушкам и разнимавшему их армайферу. Послу чего скрылся в аудитории за тяжелыми створками.

Мила тяжело вздохнула, понимая, что сейчас им достанется. Кира оправила сбившуюся одежду и, бросив презрительный взгляд в сторону истерично подвывающей, тщетно пытающейся привести себя в порядок соперницы, оглянулась на безмолвствующее окружение. Судя по шокированному виду проходящих людей, она только что совершила что-то неприемлемое. Но вид поверженной обидчицы тешил ее самолюбие. Впредь, прежде чем открывать рот и выплескивать на незнакомых людей все свое внутреннее «богатство», она будет задумываться о последствиях."