Сезон радуг

Начал работу над составлением синопсиса "Сезона радуг" – фанфика сиквела на "Сезон туманов" Евгения Гуляковского.

...Люсс скопировал Ротанова без разрушающего воздействия ночью в Городе "в гостях" у координатора Бэрга. Почему Бэрг и решил, что люсс на инспектора с Земли не воздействовал.
Люсс скопировал Анну без разрушающего воздействия, когда Ротанов нёс её на руках к периметру посёлка людей на Гидре.
Ротанов очнулся голым утром в лесу.
Это напомнило ему переход во времени в прошлое Реаны с использованием масла трескучек.
Решил, что так координатор Бэрг с подручными постарались избавиться от инспектора с Земли не убивая его впрямую. А может исполнители не решились марать руки убийством инспектора с Земли и раздетого, отравленного чем-то или оглушенного просто выбросили в лесу подальше от Города. Выбравшись из леса к окраине Города, Ротанов соорудил себе из листьев и лиан набедренную повязку, с усмешкой вспоминая свой первый день в прошлом Реаны в лесу трескучек и выход к замку рэнитов. История повторялась. Но Бэрг и двое встречавших не были похожи на рэнитов. Войдя в город в этот раз пешком, Ротанов имел возможность внимательнее осмотреть город, чем в прошлый разных, когда двое сопровождающих везли его в кабине подземного транспорта. Судя по виду улиц и внутренних помещений служебных и жилых зданий люди в спешке покинули город минимум полвека назад. Заметны были следы боёв, баррикад и пожаров. Идя из леса и обследуя Город, в котором, как убедился после долгих поисков Ротанов, совсем не было людей, Ротанов немного удивлялся своему состоянию – ощущениям питательности лучей солнца приятно согревающих его почти голое тело, неутомимости, за целый день отсутствию чувства жажды и голода. Даже босые ноги ни разу не исколол и не поранил за весь переход по дикому лесу по захламлённым улицам города. Лишь серый шершавый пластобетон улиц нагретый лучами солнца приятно грел ступни ног. Убедившись, что в городе нет никаких признаков жизни людей, Ротанов приступил к планомерному поиску сохранившихся бумаг и документов. С заходом солнца на него навалилась вялость и он присел на расчищенную от пыли лежанку в каком-то доме без окон на третьем этаже. С утренними лучами красного солнца осветившего комнату Ротанов открыл глаза и прислушался к звукам в пустом городе, жужжанию насекомых и к самому себе. Что-то его беспокоило, что-то неуловимое. Чего-то не было, не хватало. Решительно поднявшись на ноги и сделав несколько шагов из комнаты, Ротанов замер вдруг поняв чего ему не хватало, чего не было с момента его пробуждения – Ротанов заметил, что он не дышит. Не дышит с того момента, как раскрыл утром глаза и не чувствует от этого никакого неудобства. Сосредоточившись Ротанов попытался вспомнить, как он вчера шел и как дышал при этом, через лес и в Городе и не смог вспомнить этого твёрдо. Зато на память пришло ощущение опасности в кабине лифта с двумя сопровождающими и при беседе с Бэргом, и Ротанов с холодной ясностью понял, то что не осознал тогда – все трое встреченных им на Гидре людей тоже не дышали! Это его немного успокоило – не он один такой!  Жить можно. Работать тоже. Но теперь возникло новое неотложное дело. Ротанов вспомнил, что в какой-то комнате здания, видимо конторы, видел вроде целую аптечку, разыскал и раскрыл её. Убедившись, что аптечка не повреждена временем и инструменты чистые, аккуратно лезвием сделал надрез на коже своего локтя. И не сильно удивился, когда из разреза кожи выступила не кровь, а какая-то маслянистая беловатая жидкость, больше всего похожая на сгущённое молоко. Тут же застывшая упруго заполнив разрез. Так, – решил Ротанов, – пока оставим это. Жить можно, но не хватает информации. Сейчас самое главное – поиск информации!