Когда идёт дождь, хочется простой тёплой истории

Автор: Любовь Семешко

У вас тоже идут дожди? У нас - да. Ещё и штормовое предупреждение добавилось.

Вот и сегодня целый день идёт дождь - холодный колючий, уже порядком надоевший.

Вспомнилась история, где всё начинается с такого же дождя и холода. Зато...

За окном совсем стемнело. Дождь — холодный, затяжной, крупный — тяжёлыми каплями стучал в окно. А в доме Добровольских было тепло и уютно, вкусно пахло чаем и печеньем. Впрочем, здесь так было всегда.
После семейного чаепития Ольга решила навести порядок на антресолях. Разбирая старые вещи, она нашла плетёную корзину — ту, в которой десять лет назад они принесли в дом трёхмесячного Мишу.
— Как он плакал тогда, — улыбнулась она про себя. — И как сразу замолчал, когда Сергей взял его на руки.
Она осторожно спустилась вниз. В гостиной муж с кем-то говорил по телефону. Голос его, усталый, натянутый, словно боясь нарушить уют и тепло дома, звучал совсем тихо.
— Да, понимаю... Нет, мы как-нибудь... Спасибо.
Он положил трубку и устало провёл рукой по лицу. Было видно, что муж расстроен этим разговором. Ольга, пытаясь разобраться в произошедшем, присела рядом.
— Опять по кредиту?
— Нет, с директором разговаривал. Хотел узнать, почему задержали премию. А он так и не ответил вразумительно. Нам-то деньги срочно нужны. Коляску для малышки нужно брать сейчас, потом распродажи закончатся.
— Ничего. Возьмём ту, что подешевле.
— Она громоздкая, колёса плохие. Я не хочу, чтобы у нашей дочки была неудобная коляска.
Они, увлёкшись разговором, не услышали, как на лестнице скрипнула ступенька. Миша, спускаясь к родителям, остановился на полпути. Потрясённый услышанным, он замер: они говорили не только про деньги. Страшно было то, что сказала мама:
— Если бы знала, что так будет... Усыновлять было легче, а теперь с двумя детьми...
Сергей, обняв Ольгу, пытался успокоить:
— Тише, милая. Всё будет хорошо. Главное, у нас Машенька появилась. Это ли не чудо после стольких лет?
Миша отшатнулся, словно от удара. Слово «усыновлять» повисло в воздухе ядовитым облаком и проникло внутрь, выжигая всё, что прочно выстроились в его сердечке: папа, мама, он и маленькая, только месяц назад появившаяся сестричка. И дом. Их общий счастливый дом. Всё не так! Оказывается, это всё не его... Он не родной. Он — «усыновлённый», тот, кого «было легче» взять. А теперь они не могут купить коляску для родной дочки... из-за него?
Он бесшумно поднялся в свою комнату. Закрыв дверь, прислонился к ней спиной, словно пытался удержать свой маленький мир от распада. В глазах стояли слёзы, но он сжал кулаки. Он сильный. Так всегда говорил папа...