День поцелуев

Сегодня день поцелуев, и я предлагаю прекрасную традицию — делать в этот день флешмоб поцелуев.

Книга Ната Ворон Ведьма в перьях. https://author.today/work/178834

— Прекрасный был закат, — тихо сказала я. На сердце было щемящее чувство.

— Да, — прошептал Милтал и повернул меня к себе. А мне было больно. Чего я хочу? Чтобы он любил меня и ту, прошлую, и теперешнюю? Или я ревную к самой себе? До чего глупо! 

Лицо Милтала было совсем близко, он склонился ко мне в этой густой кромешной тьме. Я почувствовала его губы. Первый раз он целовал меня. С тех пор, как я стала, Лили, меня вообще никто не целовал. 

Я прижалась к нему сильней, и его губы... это была благодарность. Тихая благодарность за то, что я рядом. За то, что помогаю его ранам исцеляться. Поцелуй надежды на то, что он, наконец, найдёт самого себя. Будет существовать, обретёт себя в этом мире.

Только под конец он уже зажегся горячее. И тогда же над нами и вокруг нас стали слышны странные электрические звуки. Милтал оглянулся и от неожиданности отпустил меня и отошёл на пару шагов. 

Я часто видела магические искорки над эльфийскими парами во время поцелуев. И вокруг меня с Эймом тоже такое было, хоть и немного. Но здесь были не просто искорки, здесь был целый фейерверк из них! Кажется, только фанфар не хватало для полного счастья. 

Но ведь Милтал знал, что его парой была Ната. И он сам мне это сейчас рассказал. И как я ему объясню происходящее? Ведь этого не может быть. Если, конечно, я не его пропавшая любовь.

Я стала кусать губы, не зная, что сделать или сказать. Милтал стоял и смотрел на магическое чудо вокруг нас с удивлением и восхищением.

— Не может быть, не может быть... — твердил он поначалу, а потом замер, замолчал и помрачнел. Резко вскинул голову и поймал мой виноватый взгляд. — Ты не удивлена! — гневно сказал он. Закрыл глаза, и его кулаки сжались. — Не смотри с таким сожалением, скажи ещё, что тебе очень жаль.., Ната.

Он раскрыл меня полностью. А потом резко вскинул голову, вгляделся в моё эльфийское лицо.

— Ната, — тихо и трепетно повторил он, глядя на меня не верящим взглядом. 

А потом забегал по краю обрыва. Заметался туда-сюда. Я уже стала волноваться, как бы он не упал. Но он неожиданно оказался совсем близко. Сжал меня со всей силы, встряхнул, а потом простонал и опустился передо мной на колени. Обнял меня и уткнулся лицом. Я тут же замерла.

— Ната, моя Ната… — выдохнул он, и я сквозь ткань почувствовала его горячее дыхание. По мне прокатилась обжигающая волна, огненная лавина чувств. Они плавили. Я стояла и шаталась, как огонёк на ветру. Одежду уже не чувствовала. Милтал будто прикасался к обнажённой коже, таким сильным было моё восприятие его рук и его тела.

Не отпуская меня и не отводя лица, он сказал сиплым голосом:

— Я дурак. Ничтожество. 

А я думала, как бы удержаться на ногах и не упасть. 

— Нет, — просто возразила и зарыла руки в его волосы. А потом закрыла глаза. Было так приятно касаться его и гладить…

— Я смешон. — позвучал еще один его глухой возглас. 

По мне бежали мурашки.

— Нет, — выдохнула я, ожидая, когда же прекратится эта пытка. Тело жаждало, чтобы с него сняли ненужную одежду. Чтобы губы Милтала касались его везде.

Милтал поднял ко мне лицо, и мы встретились взглядами.

— Ты правду говоришь, ты не шутишь, и мне это не снится? — сказал он удивлённо. 

А затем решительно поднялся и требовательно посмотрел на меня. Трудно было чувствовать себя такой уязвимой перед ним. Такой нуждающейся в нём.

— А теперь рассказывай, всё рассказывай. Что было и почему ты сейчас в таком виде? — посыпались на меня вопросы. 

Я посмотрела на него, понимая, что он заслуживает знать правду. 

— Меня убьют, Милтал, если откроется, кто такая эльфийка Лили, мне просто не жить, — предупредила его сквозь слёзы. 

Я видела, что мои слова потрясли Милтала. Он крепко обнял, и я ему доверилась. Рассказала и о своей пьяной выходке в другом мире, и о ненависти и угрозах хранителя вампиров. Милтал согласился пока не говорить никому, кто я. Но сказал, что это будет трудно. И если бы от этого не зависела моя жизнь, он бы рассказал всё сразу. Ведь он видит, как страдают мои друзья. Но пока не придумает как быть, согласен хранить мою тайну.

А потом он долго стоял и изучал меня новую.

— Я мог бы догадаться. Твой взгляд — он не такой, как у других, — говорил он, задумчиво. — Просто это слишком невероятно, — шептал он, проводя по мне руками и видя сильную реакцию на свои касания. — Это слишком невероятно, что ты тоже испытываешь ко мне чувства, — задерживался он пальцами на моей шее и мочках ушей. Ловил мои вздохи и шумные выдохи. — Ты будешь моей? — спросил он меня осторожно. 

Я смогла только прошептать:

— Да! — потому что в этот момент он приник ко мне всем телом и накрывал мои губы своими. Я хотела быть его. Страстно желала этого.

— Да... — целуя, протянул он, как обещание. Я простонала в его губы, согласная на всё. Ответила на поцелуй неумело, но пылко. Мне хотелось его съесть. Вкус его губ был запредельным. Он сам оторвал меня от себя. Тихо рассмеялся моей пылкости и сказал, что научит меня целоваться.

                                                                    Всех обнимаю! Всем счастья!