Отзыв на рассказ "Убить кабана"

Отзыв на рассказ "Убить кабана"

https://author.today/work/476569

Рассказ Скрытимира Волка "Убить кабана" относится к разряду философской прозы. Автор, похоже, задался целью доказать духовное преимущество язычества над христианством и подошел к этому делу весьма творчески, выбрав в качестве главного героя римского императора Гая Аврелия Валерия Диоклетиана - известного реформатора и к тому же единственного в истории Римской империи правителя, решившегося добровольно расстаться с властью. При этом Диоклетиан остался в истории и в качестве гонителя христиан, хотя у него самого жена и дочь были христианками. Парадокс? Но тем интереснее разобраться в мотивах его поступков, и автор предлагает здесь свою собственную версию.

Его Диоклетиан - философ, весьма убедительно рассуждающий об особенностях рабского сознания, которое зачастую свойственно не только самим рабам, но и их хозяевам, а также о разнице между свободой и вседозволенностью. Надо сказать, что среди римских императоров действительно встречались философы, старающиеся не только привести в порядок государственные дела, но и исправить нравы, это Марк Аврелий и Юлиан Отступник. Что характерно, оба не любили христиан, хотя последний и издал эдикт о веротерпимости и, хотя никого не казнил, а только лишал имущества и привилегий, был впоследствии оболган и выставлен настоящим монстром. Ну, у Юлиана уже была возможность убедиться, как дорвавшиеся до власти христиане яростно преследуют даже не язычников, а друг друга, точнее, тех, кого считают еретиками. Юлиан, как неоплатонист, верящий в существование Единого Бога, отражениями различных сторон натуры которого являются все известные боги, пытался на этой основе слить воедино все существовавшие в империи языческие культы, благо римляне всегда охотно кооптировали в свой пантеон чужих богов и культы Митры, Исиды и Кибелы в имперские времена ничуть не уступали по популярности культам переименованных римлянами греческих богов. Юлиан, однако, ничего из задуманного сделать не успел.

Диоклетиан во время своего правления вроде бы не должен был сталкиваться с чем-то напоминающим эти грядущие безобразия, но целью автора явно не является строгое воспроизведение исторических реалий, и потому он делает весьма рискованное допущение списывая характеры тех христиан с некоторых их нынешних единоверцев и даже приводит в конце рассказа список тех лиц, чьи высказывания он использовал при написании рассказа. Такое историческое смещение приводит к тому, что поведение противников Диоклетиана зачастую выглядит откровенно гротескным, особенно вопли некого книжника Кассия Виталия, что Диоклетиан якобы нанят жидопарфянами, чтобы разрушить Рим. Парфия, как известно, рухнула еще при императоре Траяне, на ее месте возникла персидская держава Сасанидов, так что даже бесноватый должен был бы поминать персов, а не парфян.

В итоге все христиане в рассказе, кроме родственниц самого Диоклетиана, выглядят отпетыми фарисеями - лицемерами и фанатиками, не считающими иноверцев за людей и при этом свято уверенными в собственной правоте, какие бы мерзости они при этом ни творили. Тут и хлеботорговцы, отказывающиеся продавать хлеб язычникам, и врачи, отказывающиеся тех же язычников лечить, и откровенные разбойники, грабившие и убивавшие людей, и негодяй, изнасиловавший жрицу Весты, и упомянутый уже выше графоман Кассий, решивший приобрести славу Герострата. Диоклетиан удостаивает их всех личной встречи, пытается понять, что ими движет, цитирует им их Писание, благо знаком с его содержанием благодаря жене и дочери, но его собеседники, похоже, читали какое-то другое Писание, отрицают, что в нем есть эти тексты, кто-то даже не знает, кто такой Моисей.

Кое-что проясняется только при встрече с главарями, состав которых, однако, весьма странен. Тут и какой-то философ без сана, и две богатые матроны, при этом только один священник и ни одного епископа, хотя последних в те времена было предостаточно и именно они возглавляли все христианские общины. Не могу не привести цитату из этой встречи:

"Крики философа стихли за поворотом коридора. Диоклетиан повернулся к женщинам. Обе смотрели на императора злобно.

- Ну, что? Разве не в вашем Писании сказано "не убий"? Или что "возлюби ближнего, как самого себя"? И что же вы богатств своих не раздали, раз в христианство пошли? Ведь разве не Христос сказал "легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, чем богачу войти в царствие Божие"?

- А это он только для своих апостолов сказал! - подбоченилась первая женщина. - А нам это - на наше усмотрение, мы-то не апостолы!

- И вообще, - поддержала ее вторая, - все запреты Спасителя важны, только если что-то мешает духовно совершенствоваться. Состояние ничуть не мешало нашему духовному росту!

- Оно и видно! - зло ощерился император. - Ваши души, похоже, золотом и кровью поливать нужно, чтобы росли! И как только Христос без крови да денег обходился? Увести.

- Сын мой, - вкрадчиво начал священник. - Ты цитировал Писание, но его нельзя читать без помощи святых отцов! Иначе можно впасть в диавольский соблазн, как впал сейчас и ты! Лишь святой отец скажет, как следует понимать каждый отрывок! Только имеющий духовный сан укажет тебе, какой отрывок следует понимать буквально, а какой - иносказательно... и какой смысл следует искать в иносказании...

- Иными словами, писание вам нужно, чтобы подтверждать и освящать ваши капризы...

- Покайся, сын мой, ибо грядет Божий суд, а кто его избегнет? Прими нашу веру и Господа нашего Исуса Христа...

- Когда я принял Христа, я понял - он не вашей веры! Увести."

Этот отрывок вызывает закономерный вопрос: к какому именно из многочисленных направлений принадлежат данные христиане? Явно не к одному из буквалистских, поскольку там не принято было понимать иносказательно священные тексты, даже Ветхий Завет, который к тому времени уже начали понимать иносказательно сами иудеи, создав для этого Каббалу и два Талмуда, что уж говорить про изречения самого Иисуса. Слова дам, что богатство не мешает духовному росту, явно восходят к некоторым гностическим учениям с той лишь деталью, что относились они только к пневматикам, уже преодолевшим в душе все соблазны материального мира, а изнасилования были в ходу разве что у членов секты барбелитов. Последняя фраза Диоклетиана, что Христос - не их веры, впрочем, весьма показательна.

Диоклетиан в итоге разочаровывается в попытках хоть в чем-нибудь переубедить таких оппонентов, пытается сохранить хотя бы формальное единство империи, заставляя всех подданных приносить жертвы языческим богам, казнит несогласных, но все его усилия зряшны, поскольку христиане явно переигрывают в области пропаганды, многократно преувеличивая реальное количество мучеников и записывая в их число даже казненных некрещеных разбойников. Окончательно разочаровавшись в своей деятельности, Диоклетиан слагает с себя власть, коротает годы в Далмации, а в финале рассказа вообще покидает пределы империи вместе с верными людьми, направляясь куда-то на север. По ходу дела выясняется и смысл названия рассказа, ведь какая-то галльская гадалка предсказала ему, что он станет императором, если убьет кабана, вот только реального ли кабана она имела в виду?

Рассказ, конечно, весьма острый и неоднозначный, многих может задеть за живое, но ведь иногда полезно ознакомиться со взглядом на себя со стороны.