Что мы знаем о василисках?

Автор предполагает, а персонаж располагает. И располагается — в тексте и с большим комфортом! Пишу сборник быличек, жанр предполагает страшности всяческие, понимаем, да? Ну вот, дай-ка, думаю, пропишу страсти-мордасти про василиска. Зверюга колоритная, хищная, к непотребствам всяческим склонная — одним словом, есть у него все шансы стать гвоздём программы. И что вы себе думаете, он таки им стал! 

...Но вовсе не так, как автор надумал. И тем более не так, как себе намечтал персонаж былинки, ленивый мужик Пшемысл. Заглядывайте сюда, тут не скучно

https://author.today/reader/611207/5873823

Утром Базиль сидел на подоконнике, чистил перья и рассматривал себя в мутном стекле. За ночь он вырос раза в три и теперь напоминал нечто среднее между петухом и ужом — птичья голова, увенчанная гребнем, длинная шея, покрытая чешуйками, и семь хвостов, которые мерно помахивали каждый в своём ритме.

— Ну, — повторил Пшемысл, едва продрав глаза. — Чего сидишь зря? Лети за богатствами.

Василиск покосился на него, воинственно встряхнул красным гребнем и недовольно курлыкнул:

— Не хочу!

— Как не хочешь? — вспылил Пшемысл. — Ты ж василиск! Ты должон по ночам летать и носить мне золото!

— А мне ле-е-ень, — сладко зевнул василиск, продемонстрировав острые зубки, густо усеивающие клюв изнутри. — Тут тепло. Зерно есть. Зачем лететь куда-то?

— Но я же тебя сорок дней высиживал! — заорал Пшемысл, у которого рушился главный жизненный смысл. — Я не мылся сорок дней! Спал сидя! Я петуха родного заморил!

— А я просил? — фыркнул василиск. — Мог бы и не высиживать.

И отвернулся. Под окном продефилировала соседская курица, принялась деловито копаться в песке. Василиск встопорщил хвосты, выпятил грудь и запел. Да не просто запел — а заорал таким трубным гласом, что у Пшемысла уши заложило, а на всей улице разом взвыли собаки. Коровы замычали на дальнем лугу, овцы сбились в кучу, а староста, который проходил мимо, со страху свалился в канаву.

— Тихо! — закричал Пшемысл. — Тихо, зверюга!

Василиск послушно умолк, но продолжил смотреть на курицу с явным интересом. Вместо того чтобы убежать, та склонила голову набок и задумчиво закококала.

— Не смей! — взмолился Пшемысл, поняв, куда ветер дует. — Ты же василиск! Ты должен золото мне носить, а не кур топтать!

Но василиск уже не слушал. Спрыгнул с подоконника, распушился, расправил семь хвостов и издал воркующий призывный клёкот. Курица подошла к нему, клюнула семечко, которое он галантно подвинул клювом, и они вместе удалились со двора.

С этого дня перед Пшемыслом развёрся ад. https://author.today/reader/611207/5889757